Запах фиалок

Автор: , 16 мая 2014

Запах фиалок

 

Запах фиалокСвященнослужители говорят, что смерти не стоит пугаться… Она всего лишь путешествие в загробный мир, в царство вечное, где Господь Иисус воздаст должное грешникам, а покаявшимся христианам в Святую Пасху подарит Воскрешение из мертвых и даст жизнь вечную! Люди хотят верить в это… И все же… Смерть пугает и даже у многих вызывает ужас! Все живое на этом свете стремится жить… Жить любой ценой. Ибо жизнь дается единожды и, переступив порог оной — человек исчезает и предается забвению! Его удел жить только в памяти близких, но и то только, если они любят его! Деяния его даже самые великие и важные, и добрые, и злые… Все стирается не только в памяти поколений, живших в то же время, что и он… И уж, конечно, исчезает в череде столетий и тысячелетий! На эту тему хорошо писал китайский поэт золотой эпохи Тан тысячу лет назад Тао Юань Мин в своей «Поминальной песне», она стала для него и для человечества, как реквием Моцарта. Вот некоторые ее строки:

 

«Я под вечер вчера был еще со всеми людьми;

А сегодня к утру в списке душ уж неживых.

И рассеялся дух… и куда же, куда ушел?

Оболочке сухой дали место в древе пустом…

Ни удач, ни потерь я не стану отныне знать,

И где правда, где ложь, как теперь смогу ощутить?

Тихий темный приют лишь однажды стоит закрыть,

И на тысячи лет распрощаешься ты с Зарей.

Величайший мудрец не сумеет тебе помочь…»

 

Если вглядеться в лик умершего, особенно когда он стоит всю ночь в церкви перед отпеванием… то можно узреть не только отрешенность от мира на его лице… но загадочность словно он сфинкс, уносящий с собой тайну в мир теней. Из которого никто не вернется. Так думал Володя довольно часто и мысли сии посетили его и сегодня в этот теплый мартовский день, когда ему исполнилось 21 год. Говорят, что время стирает все: и боль разлуки, и память… Нет, это неправда, он никогда не сможет забыть смерть матери в тот несчастный для него день — 24 мая 1951 года… хотя тогда стояла такая жаркая весна и солнце светило горячо и щедро. И пышно цвела и благоухала сирень. И именно такое лицо таинственного сфинкса у мамы запомнилось Володе… Хотя оно было ее, родное, близкое и знакомое… Но вот оно исчезло навсегда. Чувство ужаса, отчаянья и тоски охватило его в тот день, когда он похоронил ее на Пятницком кладбище. И Володя стал сиротой, не зная еще, какой тяжелый крест сей!

Запах фиалокПрошло десять лет. Весна была ранней и март выдался теплый. Шел 1961 год. Снег совсем растаял. По грязным лужам мальчишки пускали бумажные кораблики. Зазеленели и распустились почки на деревьях. На Сретенке, возле кинотеатра «Уран» продавали фиалки. Володя купил маленький букетик. Фиалки пахли нежным ароматом весны. Этот запах запомнился ему на всю жизнь. Фиалки любила Ванда и он шел к ней на свидание.

В те годы Парк культуры им. Горького являлся излюбленным местом отдыха москвичей. Благо особого выбора, в общем, не было. Территория парка большая, много зелени, аттракционы для детишек и взрослых, пруд, где можно покататься на лодках, темные аллеи, обсаженные акациями, там очень удобно целоваться, много маленьких кафе и ресторанчиков. Что же лучше для влюбленных! А после войны открыли большой чешский павильон с пльзенским пивом и шпикачками. В общем, отголоски европейского сервиса, правда, с советским привкусом дошли и до Москвы. Володя с Вандой покатались на чертовом колесе, зашли в летний театр, но там еще не было представлений… Потом они гуляли по пустынным аллеям… и целовались. Ванда смеялась и радовалась, как ребенок. Он смотрел на ее прекрасное лицо и точеный профиль… И думал: вот и нашла меня моя судьба. Как она милостива ко мне! Любить такую девушку и быть любимым! Разве это не счастье?!

С набережной Москвы-реки дул ветер. Грузовая баржа плыла так медленно, будто стояла на месте… Вдали показался речной пароходик… Он издали походил на игрушечный. Солнце пошло на закат, от близости реки они замерзли… И побежали к чешскому павильону, откуда шел приятный запах жареных шпикачек.

— А наше польское пиво «Будвар» ничуть не хуже этого, — засмеялась Ванда.

Он заглянул в ее бездонные русалочьи глаза, они светились радостью и любовью… Так он почувствовал. Володя осторожно обнял ее одной рукой и нежно прикоснулся губами к ее лицу. В юности так хочется услышать признание в любви. И оказывается не только девушкам… Но он не стал задавать ей этого вопроса потому, что чувствовал ее любовь в каждом слове… и жесте, в выражении глаз… Володя лишь слушал ее и ловил себя на мысли… Как прекрасно это мгновенье люби! Они мечтали о своем будущем. А весна одаряла их теплом и запахом фиалок и надеждой!

Володя спросил Ванду, знает ли она подробности о гибели мужа его тети пани Хелены? Ванда вздохнула.

— Подробности никто не знает. Известно только, что пан Владислав Огинский, полковник генерального штаба старой Польши, воевал в армии Краевой. Находился в подполье в оккупации в Кракове, командовал диверсионными группами. Осенью 1943 года во время операции их окружили эсэсовцы. Все были убиты в перестрелке… Оставшись один, раненый, он не хотел сдаваться немцам и застрелился. Так рассказал пани Хелене офицер из его полка. Он тайно приходил ночью к ней домой. Пани Хелена не хотела верить… все ждала. Обращалась к властям. В 1950 году ей прислали официальную бумагу. Коммунисты считали его врагом. Ведь армия Краева была не красной… Прежнее правительство Польши находилось в Лондоне в изгнании. На самом деле армия Краева приняла на себя самый страшный удар немцев в начале войны и потом. Сколько польских патриотов погибло тогда! Потом русские создали красную польскую армию. Ванда замолчала.

— Как же вы остались живы? — удивился Володя.

— Мама со мной и пани Хеленой бежали в деревню под Познань. К ее родственникам, прятались… Нас выдавали за крестьян. Живы мы остались только чудом. Мама говорит: нас спасла дева Мария! Мама и пани Хелена молились ей. Они хорошие католички. Может… дева Мария пожалела и меня. Я была ребенком. Нам неизвестно, как Бог… решает… Кому жить, а кому умереть!

Наступила пауза. Володя подумал: война закончилась, а раны ее еще долго не заживут. Сколько же осталось на свете после этой проклятой войны несчастных людей?! Сколько преждевременных смертей! Искалеченных судеб, одиноких… Без всякой надежды! Когда же человечество перестанет делить мир и убивать друг друга? Спросил он вслух словно самого себя. Ванда помедлила и ответила: «Этого никто не знает… К несчастью. Даже Бог!» Они помолчали.

— А что же было потом? — продолжал Володя.

— Потом кончилась война. Пришли русские танки… И у нас установили советскую власть. У пани Хелены не было детей. Она очень горевала. Но что поделаешь?! Твоя тетя привязалась ко мне. Стала учить меня русскому языку… Как видишь, я оказалась хорошей ученицей. После войны пани Хелена работала в библиотеке… а позже ее взяли преподавать русский язык.

Ванда замолчала. На Москву опускался вечер… Сине- фиолетовые сумерки казались удивительно красивыми… Небо постепенно темнело.

— Вот и вся история, — снова вздохнула Ванда. — Я помню войну смутно, но помню… Голод… холод… И страх…

Наступила пауза.

 

— Пани Хелена с моей мамой подруги. Ты должен обязательно побывать в Кракове, это самый красивый город! И я там родилась. — Заключила она и улыбнулась.

Запах фиалок

 

Запах фиалок

 

— Я тоже очень хочу увидеть Краков. — Володя посмотрел на нее. Лицо Ванды показалось ему печальным. Наверное, воспоминания о войне… — А что твой отец?

— Он погиб на фронте зимой 1944 года. Я так и не видела его ни разу… Только фотографии… — она отвернулась, едва сдерживая слезы. — Ну что ж теперь вспоминать… прошлое, — сказала Ванда, словно поставила точку на памяти.

Володя молчал. Да и чем он мог утешить ее? Они с ней дети войны и потери родных у них тяжелые…

— А мы с тобой все-таки живы, несмотря ни на что! И я так влюблен в тебя! — он вдруг испугался своего признания. Похоже не вовремя? Сейчас такой серьезный разговор… А он о любви…

Ванда рассмеялась.

— Да, действительно, мы живы и пришла весна.

— И мы вместе, — добавил Володя и осторожно, как ребенка поцеловал ее… От нее пахло свежестью и фиалками.

На Москву совсем опустился вечер. С реки подул холодный ветер.

Володя недолго был счастлив. Судьба обманула его надежды. Ровно через месяц, когда зацвели сирень и жасмин, и в Москву, как говорят испанцы, пришло первое лето, Ванда по скорой помощи попала в больницу. Ей поставили диагноз: пневмония. И этот ошибочный диагноз чуть не погубил ее. Жизнь Ванды висела на волоске. Ночью гнойный аппендицит перешел в перитонит. Ее спасло чудо… или дева Мария?! Господь видно решил не забирать к себе эту молодую безгрешную душу… Ванду вовремя прооперировали… и она осталась жить. Володя дежурил в больнице весь кризисный период после операции. Были тяжелые и страшные дни… Он так боялся ее смерти… Он ненавидел смерть. Бог смилостивился. Видно в книгах жизни и смерти на небесах время ее еще не пришло.

Стояло уже жаркое сухое лето… Дождей не было. Тополиный пух летал по городу. Приехала мать Ванды и на следующий, после выписки, день увезла Ванду домой в Краков навсегда. Володя прощался с Вандой на Белорусском вокзале… Она улыбнулась ему своей прекрасной нежной улыбкой… Но русалочьи глаза смотрели на него с грустью… Они оба словно предчувствовали разлуку надолго, если не навсегда. Поезд уже скрылся из глаз, он еще долго махал ей рукой вслед. Душу охватила тоска.

Запах фиалок

 

 

Запах фиалок

 

Запах фиалокПрошел год. Как они условились, писали друг другу часто. Потом пришло приглашение из Кракова. Он отправился на Лубянку, не разрешили выезд. На Лубянке знали, что тетка Володи, урожденная княжна Оболенская, была замужем за польским полковником, приближенным к Пилсудскому и потому объяснили Володе: «Закон СССР гласит, возможен выезд только прямым родственникам: отец, мать, муж, жена, сын, дочь. И все».

Всю ночь Володя писал отчаянное сумбурное письмо Ванде. В нем он говорил о любви и тоске… и безысходности. Он просил не забывать его, писать и ждать. Может быть, судьба и дева Мария смилостивятся над ними. Ответа не пришло… И письма перестали приходить от Ванды. Тетка посоветовала племяннику больше не писать, но причину не объясняла.

Так суженая Ванда исчезла из его жизни навсегда. Судьба обманула Володю. В памяти осталась весна 1961 года, теплая и солнечная. Прекрасные русалочьи зеленые глаза Ванды… И запах фиалок.

Гражданская война на Украине.

Автор: , 24 Апр 2014

Гражданская война на Украине.

Гражданская война на УкраинеЭтот кошмар мучает сейчас всех. По факту война уже началась на юго-востоке страны. Есть убитые и раненые. Все новые и новые города отделяются от Киева и даже провозглашают свои народные республики. На кровавый террор бандитов-бандеровцев, называющих себя законной властью, на юго-востоке отвечают восстаниями, создают самооборону, вооружаются как могут, хотя в этом им никто не помогает. Теперь уже совершенно очевидно, что эта гражданская война начнет разрастаться и охватит всю страну. Иллюзии о мирных переговорах, увещеваниях Америки и Евросоюза, которые теперь уже впрямую угрожают России весьма глупыми и нелепыми санкциями, ни к какому миру не приведут, ибо перед простым народом Украины поставлена прямая угроза новой самозванной властью: или вы добровольно сдаетесь и становитесь рабами и не имеете права говорить, писать и обучаться на русском языке, или мы вас уничтожим физически. Эта угроза поражает своей наглостью и глупостью.

У больных на голову из Киева неонацистов непосильная задача – их так называемая армия из нескольких тысяч человек и банда мародеров с Майдана вряд ли могут победить народ. Америка и Европа воевать за них не станет, это очевидно. Оружие и современную военную технику им никто не даст. И вместо денег Яценюк, отправившийся недавно в США, получил от Обамы печенье вместо денег. Как ни смешно, но это факт. Но главное несчастье для захватчиков и, пожалуй, для всего украинского народа это экономический коллапс. Казна пуста, задолженность за газ России более 11 миллиардов долларов и никаких перспектив. В ближайшее время газ будет отключен за неуплату долгов, а в принципе, совершенно напрасно была оказана Украине материальная помощь, кредит от России в 3 миллиарда. Совершенно очевидно, что этот кредит никогда не будет погашен. Существует и еще одна проблема – сосредоточение военных сил Украины на границе с Россией представляет определенную угрозу для Российской Федерации. Президент Путин еще раньше получил согласие и поддержку Парламента  в случае необходимости на применение военной силы и, если в ближайшее время ситуация не изменится, такую силу придется применить в целях безопасности границ России, т.к. другого выхода нет. Переговоры в Женеве состоялись, двум сторонам предложили прекратить военные операции против граждан Юго-Востока. Данные требования Киев не выполняет.

Не случайно недавно в Киев приезжал директор ЦРУ убеждать бандеровцев поскорее начинать войну на Юго-Востоке. По этому поводу в прямом эфире телеканала РЕН-ТВ известный правозащитник и писатель Эдуард Лимонов сказал, что у директора ЦРУ очень «противная морда» и что он провокатор и приезжал поскорее спровоцировать войну.

Не стоит забывать, что на Украине проживает не менее 10 миллионов русских жителей и Россия обязана защитить их от кровавого террора бандеровских неонацистов, действующих по указанию самозванной власти. Но действительные события показывают, что этот террор уже начался, уже есть убитые. Население бежит в Россию, спасаясь от геноцида и смерти. Правый сектор Майдана при поддержке властей из Киева недавно сделал публичное весьма странное заявление, что будет в первую очередь убивать  «жидву», т.е. евреев и русских и начнет партизанскую войну с Россией. Это заявление похоже на бред фюрера Адольфа Гитлера и одновременно на анекдот. А как же тогда быть с лидерами самопровозглашенной власти? С Яценюком, Ярошем, Турчиновым, уж не говоря о газовой принцессе Тимошенко, урожденной Капительман, да и олигархов на Украине хватает, которые не смогут похвастаться чистотой арийской расы! Они что, сами себя что ли будут отстреливать, очищая от скверны чистую украинскую расу западенцев?!

Но давайте попробуем вернуться к истории Украины. Трагедии Украины разыгрывались на протяжении многих веков, особенно в 19 и 20 веке, причем не единожды. После крушения Российской Империи в 1917 году Украина переходила из рук в руки многократно. Наконец, при большевиках снова стала частью России. Пережила все лихолетья с новым государством под названьем СССР. Надо сказать правду, во все времена с начала присоединения к России в 1654 году все украинцы были полноправными гражданами России. Народ этот очень близок русским славянскими общими корнями и православной религией и фактически Древняя Русь образовалась через Мать городов русских Киев. Как видно на карте, Украина вся состоит из территорий, подаренных ей русскими царями, а также Сталиным, Лениным и Хрущевым, а отсюда напрашивается вывод, что сами украинцы никогда не были государствообразующим народом. Поэтому у них такой бардак до сих пор. И если Россия за последние 23 года сумела подняться с колен, то Украина за эти годы потеряла все, что имела, экономику, вооружение, культуру.

Этот исторический экскурс нужен сегодня, скорее всего, для молодежи. Старшие поколения прекрасно знают историю Украины и России. Сейчас мы вновь сталкиваемся с попыткой разделить два наших народа, вросших корнями друг в друга, и внедрить ненависть на почве национализма. Кто же это делает? Все те же бандеровцы-западенцы, которые никогда не были самостоятельным государством, они жили то под Польшей, то под Пруссией, то под Австро-Венгрией. После падения СССР, а крушению этому активно способствовали 2 советских вождя Горбачев и Ельцин, Украина вновь отделилась. Стоит напомнить, что эти два вождя, настолько ненавидевшие друг друга в борьбе за власть, что им было совершенно наплевать, что станет со страной и народом, принесли непоправимый вред и трагические последствия для всей страны. И это, конечно, имело отношение и к Украине. Горбачев за время своего управления СССР развалил полностью государство, довел до полного краха и голода. Ранее большую часть жизни он занимался сельским хозяйством и совсем не подходил для роли главы государства. Однако  это произошло, к несчастью для народа. Второй вождь Ельцин превратил Россию в сателлита США и отделил от нее все Союзные республики, кроме того разоружился до такой степени, что не только уничтожил ядерные установки ПРО, но и похоронил военно-морской флот, армию и военно-воздушные силы. Страна полностью потеряла обороноспособность. Почти все отделившиеся республики фактически стали создавать новые государства и стали врагами России.

Кто же кроил и штопал эти скороспелые государства? Сначала бывшие коммунисты. А что они могли построить?! В основном, коррупцию, что и произошло. Украине также крупно не повезло с новыми вождями. При ужасающей нищете и разрухе к рулю нового государства приходили поочередно 4 президента и все они стали кошмаром для страны. Первые два Кравчук и Кучма — бывшие коммунисты. Развалили все, что осталось, в том числе промышленность, науку, сельское хозяйство. Потом пришел американский выдвиженец Ющенко с рябой физиономией и американской ориентацией. Ничего хорошего из этого не вышло. Страна продолжала нищать и разрушаться. И наконец, крупную точку краха Украины как самостоятельного государства поставил Янукович. А сам сбежал в Россию, попросив там политического убежища. Следует сказать, что все названные 4 президента внедряли на Украине русофобство и ненависть к русским и России, т.е. плевали в колодец, из которого пили. Но деньги брали и газ тоже почти даром, а сейчас не платят вообще.

Особая тема в политике и жизни Украины за все постсоветские времена – это появившаяся газовая принцесса с фальшивой косой-бубликом Юлия Тимошенко. Известно, что она была премьером. Потом сидела в тюрьме дважды за уголовные преступления, мошенничества, госхищения и газовые аферы. Нынешний государственный переворот вызволил ее из тюрьмы. Теперь она метит в Президенты. Вот такие истории с Майданом, от которых веет запахом печей Освенцима, где живых людей сжигали в прошлую мировую войну нацисты. А теперь появились новые. Но эти истории не следует рассказывать на ночь ни детям, ни взрослым.

 

 

Испытание

Автор: , 17 Апр 2014

Испытание  Внучатая племянница известного русского художника Александра Иванова, занявшего достойное место в русской живописи середины XIX века, вышла замуж за «врага народа» — князя Сергея Михайловича Оболенского и стала носить его фамилию. Сначала они венчались в церкви, что по тем сталинским временам было невероятно сложно осуществить. И все же они справились со всеми препятствиями. А уже несколько позже оформили брак в ЗАГСе, дабы не вызывать нездоровый интерес.

Родителей Сергея Оболенского расстреляли в 1937 году решением тройки НКВД, обвинив в антисоветском заговоре и связях с иностранной и белогвардейской разведками, что являлось полным бредом. Расправа с «классовыми врагами» шла тогда полным ходом, хотя уже вроде бы замедляла темпы, так как оные враги или были расстреляны, или сидели в сталинских концлагерях. Но, едва закончилась Вторая мировая война, начались новые репрессии. Страна снова превратилась в огромный ГУЛАГ. Правда, от мировой общественности сия жестокая правда тщательно скрывалась. Довоенная эпоха террора, когда устраивались показательные процессы над шпионами и вредителями, где Вышинский публично громил и обличал «гнусных предателей», завершилась. Давно уже сгнили кости старых ленинцев, расстрелянных скопом и по одиночке, вместе с участниками XVII партсъезда, не захотевшими голосовать за Сталина. Успешно пробили голову ледорубом Троцкому. Не менее кровавому палачу не помогла и Латинская Америка, куда он сбежал от мести Сталина. Благополучно скончался М. Горький, на свою беду вернувшийся из Италии, а кто ему помог в кончине, народу не сообщили. Наступала новая эпоха чудовищной кровавой чистки — конца сороковых — начала пятидесятых годов. К тому времени пошли вход и жены соратников Вождя, их тоже посадили в концлагеря. Там находились и супруга Молотова, каковая когда-то была казначеем партии, а теперь стирала завшивленное белье зэков и давила вручную гнид. Не лучше себя чувствовали жена Всесоюзного старосты Калинина. Повезло одному Буденному, бравый вояка, когда послали на дачу арестовывать его супружницу команду с Лубянки, не выдал ее и начал обстреливать наступающих из станкового пулемета с чердака. А в паузе позвонил Сталину и рассказал ему о происходящем. Вождь посмеялся и дал отбой. Злые языки из окружения Иосифа Виссарионовича смеялись.

Л.П. Берия, дядя Лаврик, как его называла Светлана Сталина, сменив своих расстрелянных предшественников, стал там самым главным. Он сие ведомство превратил в истинно дьявольскую изощренную сыскную службу, создав настоящую политическую полицию. В пытках и в мучительном умерщвлении жертв не было ему равных. Прославился же он еще и как сексуальный маньяк и сифилитик. Любил помпезность, посему попросил у Сталина разрешения стать маршалом Советского Союза. Тот усмехнулся и разрешил, сам вождь уже являлся генералиссимусом, как Суворов. Женщины, которых насиловал Берия, потом писали об этих приключениях мемуары, вот в такую «эпоху» людоедства и дьявольщины родилась любовь Маши Ивановой и Сергея Оболенского. И превратилась жизнь их в испытание. Они очень хотели сына, несмотря ни на что. И когда Маша забеременела, решились на отчаянный поступок. В Париже жил ее дядя по матери, потомок прославленного художника.

ИспытаниеРешили обратиться с письмом к Сталину и Берия и просить разрешения навестить дядю в Париже. А там, как Бог даст. Если удастся уехать и родить там ребенка, это спасет его. Родители готовы были жертвовать ради него собой. Мария решила добиваться приема у Берия. Известно было ей, что Лаврентий Павлович, не только сексуальный маньяк, но и психически ненормальный человек. Хлопоты неожиданно увенчались успехом, сработали некие тайные пружины или проведенье Всевышнего, каковое могло открыть путь к спасению или к погибели. Ей назначили день и час приема. Тот факт, что Берия принимал ее не в личной резиденции, где происходили безумные оргии, а в официальной приемной МГБ, несколько умерило страх… Но все же она решила, по возможности, внешность свою стушевать, плохо и неряшливо одеться, дабы не вызывать у этого кавказского кобеля-извращенца сексуальный интерес, чтобы он не накинулся на нее, не дай Бог! Тут помогла ее подруга, театральная гримерша. Она выкрасила Маше волосы в немыслимый грязно-соломенный цвет и так жутко их обстригла, словно после тифа. Потом обесцветила ресницы и брови, заставила надеть платье похожее на мешок, грубые стоптанные туфли и старушечья зеленая кофта завершали туалет «красавицы». «Свою» беременность супруги хранили в тайне. Шел третий месяц.

Шел декабрь 1950 года, прием назначили на четверг на пять вечера. В то утро Маша проснулась рано в шесть часов. На дворе стоял крепкий морозец. Окна в их комнатушке покрылись ледяными узорами. Муж спал рядом, и лицо его разгладилось и сделалось таким родным и близким, он улыбался будто ребенок. Неужели я его потеряю, с ужасом подумала Маша. Что-то с нами станется? Но тут же она отогнала мрачные мысли. Нужно выносить и спасти ребенка, и выжить! Вот ее задача! Хватит ли сил? Нужно готовить завтрак мужу, который в то время работал вахтером на фабрике с нелепым для предприятия названием «Парижская коммуна», высшее университетское образование его в Совдепии не пригодилось. Ведь они считались деклассированными элементами. Маша помолилась перед иконой Божьей матери, доставшейся ей от родителей, расстрелянных, как и у Сережи в 1937 году, надела валенки, шерстяной платок и деревенский тулупчик, привезенный из-под Калуги. Там в селе Ольхи было когда-то их именье… И присев на железную кровать с краю, чтобы не нарушить сон мужа, задумалась… Всех ее близких убили и всё отняли, жизнь превратилась в нечеловеческие страдания, а теперь могут убить и ребенка! Нет, надо любой ценой уехать отсюда. Маша беззвучно заплакала… Во сне недавно ей явилась мать… и куда-то поманила ее рукой, так явственно. Они с ней оказались на широком зеленом лугу, стояло лето, пахло свежескошенным сеном… Потом все исчезло, появилась новая картина — будто она плыла в лодке по широкой реке одна и впереди слышно было шум плотины… Вода под ней черная, чувствовалась большая глубина, и течение несло ее вперед… От страха она закричала… и проснулась. Услышала, как мерно тикали ходики на стене.

Маша вытерла слезы и тихонько вышла на улицу. Пушкарев переулок на Сретенке, где они жили с мужем в небольшом двухэтажном деревянном доме, в коммуналке, занесло снегом. Сугробы тут и там. Со Сретенки доносился шум медленно ползущих, утопающих в снежных завалах машин и автобусов. Начинался новый день. Рассвет едва пробивался сквозь хмурое небо…

А вечером, в половине пятого, Маша перекрестилась, пожелала себе удачи и отправилась пешком на Дзержинку. Мрачное здание МГБ угнетало, дул сильный ветер. Она не помнила, как шла, как ей выписывали пропуск, о чем спрашивали. Пришла в себя только когда очутилась в приемной Берия. Адъютант вежливо пропустил ее по звуковому сигналу в кабинет министра МГБ. Лаврентий Павлович сидел в глубине. Горела настольная лампа, поблескивало его пенсне. Она заметила его сходство с коброй. Берия внимательно разглядывал свою посетительницу. Она села в конце стола длинного, словно корабль, подальше от его глаз и опустила голову. Кабинет показался ей более, чем мрачноватым. Дубовые панели по стенам, большие часы с боем, массивный письменный стол, над которым торчала его голова с пенсне, как у очковой змеи. Едва заметная дверь в панели, вероятно, ведущая в потайные апартаменты. Вот там он меня запросто изнасилует, если захочет и никто, конечно, не помешает, подумала Маша и вздрогнула от страха и омерзения.

Она с трудом заставила себя успокоиться. Большой портрет Сталина и скромные ковровые дорожки и вся обстановка, говорили о подражании вождю в «аскетизме». Гнетущая тишина пугала, казалось, что Берия доставляет удовольствие наблюдать за своей возможной жертвой… И вот-вот кобра кинется на Машу. Наконец Лаврентий Павлович заговорил, голосом не громким, с явным кавказским акцентом: «Я знаю о вашем деле, мне докладывали. Это хорошо, что вы решили навестить своих родственников. Может, вы хотите уехать совсем?! — Берия усмехнулся. — «Нет», — с испугом ответила Маша. Снова наступила тишина. «Ваш предок, — продолжал Лаврентий Павлович, — знаменит не только в СССР, но и за рубежом. Нам известно, что долгие годы он жил в Италии. Его потомки остались в Европе, в том числе и ваш дядя, проживающий в Париже. Ваши родители вернулись в Россию до революции, что само по себе похвально. Любовь к родине прекрасна. Как видите, мы все знаем о ваших родственниках и о вас. И все же мы позволим вам поехать в Париж. Пусть наши недоброжелатели за границей знают, что мы не злодеи, как нас представляют писаки с Запада. И наш советский строй самый гуманный, самый народный! И справедливый! Я не мог решить ваш вопрос один и доложил Иосифу Виссарионовичу. Вашу просьбу он правильно понял и сказал: «Пусть едет, и пусть все знают, как мы относимся к эмигрантам. Наступит время, и другие поймут». Так сказал Сталин. И передайте вашему дяде, что он может подарить хотя бы несколько картин советскому народу. Мы поместим их в музей». Берия встал, давая понять, что прием окончен. — «Документы вы скоро получите. — Потом помедлил и добавил: — Но через месяц вам надлежит вернуться в Москву. Не забывайте, ваш муж остается здесь».

Мария не помнила, как она покинула это страшное здание. На улице мела поземка. Их беседа длилась пятнадцать минут, а ей казалось — прошла целая вечность.

На Белорусском вокзале ее провожал муж. Шел снег, теперь уже мягкий, пушистый. Он падал на ее лицо и таял на ресницах мокрых от слез. Солнце пошло на закат и его красный шар освещал грустную картину. Серые дома, припорошенные снежком, грязный асфальт и пустые, как у слепых, глазницы окон в домах, подвергшихся бомбежкам. Вещей пришлось взять мало, чтобы не вызывать подозрений. Они с Сергеем договорились, если все обойдется благополучно, Маша останется рожать ребенка в Париже. А там как Бог даст! В душе каждого теплилась надежда увидеться снова и никогда больше не расставаться. Они поцеловались тем прощальным поцелуем, от которого остался соленый привкус на губах. Страх вдруг исчез, потому что судьбу будущего ребенка они предопределили. Ребенок должен жить. И он будет жить…

Поезд тронулся. Растерянная фигурка Сережи все удалялась… Маша плакала всю ночь и молилась Богородице.

ИспытаниеПариж встретил Машу равнодушной городской суетой и хорошей погодой. Было тепло, как в раннюю сухую осень в Москве. На северном вокзале, куда прибывал поезд, пришел ее дядя. Седой крепкий старик с благородным профилем и аристократическими манерами. За ним шел шофер в фуражке и форме немного похожей на швейцарскую. Дядя, без всяких церемоний обнял племянницу и заговорил с ней приветливо, как будто всю жизнь знал ее, хотя они виделись впервые. Шофер открыл дверцы немецкого «Опель адмирала». Внутри было просторно и удобно. Машина легко набирала скорость. Маша с интересом разглядывала улицы Парижа, прохожих и магазины. Дядя наблюдал за ней и улыбался. Наконец они въехали на Елисейские поля. Зрелище было великолепное. Маша почувствовала себя маленькой девочкой, которую взяли на увлекательную экскурсию.

ИспытаниеДядя Андрей жил в фешенебельном районе, на улице Лористон, в собственной громадной квартире и занимал весь второй этаж. Перед домом высились чугунные ворота и ажурные решетки обрамляли небольшой двор с цветочными клумбами и мостовой, выложенной каменными плитами. Подъезд сверкал стеклом и латунью. Швейцар открыл дверь и поздоровался. Мраморную лестницу покрывала красная парадная ковровая дорожка, на стенах горели старинные бра и в довершение всего, Машу покорила большая бронзовая люстра под потолком, застывшие в металле амурчики смотрели на нее, как ей показалось, насмешливо сверху вниз. На ее скромное черное пальтишко с котиковым воротником и такую же шапочку и муфту. В небольшом сверкающем огнями медными начищенными ручками и полированным светлым деревом лифте они быстро поднялись на второй этаж. Огромная дубовая дверь не менее помпезная, чем в подъезде, открылась и на пороге их встретила приветливой улыбкой средних лет дама, высокая и статная в черном платье со стеклярусом.

Они вошли в большую прихожую, обставленную с хорошим вкусом. Большое старинное зеркало в черной раме на такой же черной деревянной тумбе выделялось своей величиной и красотой. Где-то в глубине комнат пробили десять ударов часы. Было утро солнечное и ясное. Даму звали Анна Петровна, она оказалась экономкой дяди из хорошей дворянской семьи русских эмигрантов, попавших в Париж в 1917 году. Ей было на вид лет пятьдесят, немного старомодна, бездетная вдова. Обладала прекрасным добрым нравом и коллекционировала старинные открытки великих оперных певцов. В коллекции был, конечно, и Шаляпин и Карузо. Дядя Андрей представил их — и они отправились в столовую. Здесь стоял прекрасный резной дубовый буфет начала XIX века, такой же большой круглый стол и стулья, на стенах висели натюрморты русских художников. Богемская фарфоровая голубая люстра с хрустальными подвесками, огромный персидский ковер нежно изумрудных тонов. Серебряный кофейник и кузнецовский фарфор напомнил Маше детство. Ватрушки, рокфор, ветчина и осетровый балык составляли прекрасный натюрморт на фоне белоснежной скатерти.

Маша вспомнила лицо мужа, там, на вокзале… Горечь разлуки и страх за его жизнь не давали ей покоя… Бессонные ночи в поезде и бесконечные думы о том, правильно ли она поступила, терзали ее. Может быть, она должна была остаться с мужем там, в России и испить с ним вместе всю чашу до дна? А как же ребенок? Ведь они убьют его! Или он попадет в лагерь! Нет, никогда! Этот крик души вырвался у нее сейчас за столом, и мысли ее были далеко… Дядя вздрогнул:

— Что с тобой, Маша? Надеюсь, мы можем друг к другу обращаться на ты?

Она тяжело вздохнула:

— Да, конечно, на ты, — и замолчала.

— Так что тебя мучает? — продолжал дядя. — Здесь ты в безопасности.

— Я не хотела сразу об этом… Но может быть… сказать всю правду. Писать об этом было невозможно и опасно. Вся Россия сейчас, дядя, это огромная тюрьма. Я беременна, мой муж, князь Сергей Оболенский, это ты знаешь… Его родителей расстреляли в тридцать седьмом, он чудом уцелел. Мы хотим спасти нашего будущего ребенка от смерти. Я должна его родить здесь. Чтобы приехать сюда, к тебе, я долго добивалась разрешения. Я ходила к самому страшному человеку в СССР, к Берия. И он разрешил, я не надеялась, но они хотят показать Западу, что к ним может вернуться русская эмиграция… Это политика вранья и обмана перед мировой общественностью. А я пешка в их игре. Моего Сережу они оставили заложником в Москве. И мы с ним решили пойти на эту жертву ради нашего ребенка. Если я не вернусь, они убьют мужа, а если вернусь, они убьют нас всех. Что же делать дядя?? Ведь я люблю Сережу!

— Ты уже приняла решение, оно тяжелое, но возможно единственно верное. Успокойся, Маша. Я подумаю, как помочь. Может быть, мне удастся вытребовать сюда твоего мужа. У меня есть связи в МИДе… И я знаком с Де Голлем. Не отчаивайся раньше времени, голубушка, я буду крестным отцом твоего малютки. Господь поможет. А сейчас пойди, отдохни с дороги. Анна Петровна! — позвал он.

— Ах, дядя! Ты не знаешь, что такое МГБ! Они и здесь будут следить за мной.

— Ничего, мы с этим управимся.

ИспытаниеОни прошли голубую гостиную с мраморным старинным камином, несколько вычурным, с дворцовыми бронзовыми часами в стиле Людовика XVI на каминной доске перед зеркалом в золоченой раме, и здесь стояли изящные витые диваны и кресла в том же стиле, обитые голубым штофным шелком, и висели картины французских мастеров. Маше очень хотелось спать. Много впечатлений, утомительная дорога, нервное напряжение, довели ее до того, что едва прикоснувшись к подушке, она закрыла глаза, успев только разглядеть свою великолепную большую деревянную кровать, обитую темно-зеленым шелком в изголовье и по бокам, лампу с пышным желтым абажуром и лепнину на потолке… Потом она погрузилась в сон.

Шли дни за днями бесконечной чередой. К хорошему привыкаешь легко и быстро… И Маша чувствовала себя у дяди прекрасно. Его забота была трогательной и нежной. И поскольку Бог не дал дяде детей, Маша заменила ему дочь. Она влюбилась в Париж и часами гуляла по нему. Елисейские поля и Версаль, бульварное кольцо и набережные Сены… Собор Парижской Богоматери поразил ее своим величием, а Лувр уникальными сокровищами искусства, собранными со всего мира. Париж оправлялся от следов войны и постепенно, как бы вновь превращался в столицу мира. Иногда, сидя в маленьком кафе, где-нибудь в латинском квартале, на Монмартре или на Пляс де Пигаль, она наблюдала за жизнью парижан, смотрела на их лица, изучала нравы…

ИспытаниеКак они отличались от ее соотечественников в России. Серость, унылость и страх на лицах москвичей, казалось, никогда не исчезнут, а рабский труд сокращал их жизнь. Да и что это была за жизнь?! Голод, разруха, нищета, концлагеря! Париж тоже испытал ужасы войны и немецкой оккупации… Но он словно стряхнул с себя пепел и умылся ключевой водой. Люди были рады, что кончилось бремя фашистского гнета и наступила для них новая эра жизни. Национальным героем Франции был в то время Де Голль. Маша готовилась стать матерью. Ребенок уже подавал признаки жизни вовсю… И ей очень хотелось, чтобы у нее родился сын, похожий на Сергея. Думы о муже мучили ее и не давали покоя. Дядя послал приглашение Сергею, через Французское министерство иностранных дел они сделали запрос в МИД СССР, говорили с советским послом в Париже, все безрезультатно. Приближались роды. В апреле Маша почувствовала себя хуже, плохо спала, нервничала. Сергей являлся ей иногда во сне, но ничего не говорил, лицо у него было грустное… Маша звала его и кричала, и просыпалась вся в слезах. У нее появились недобрые предчувствия. В начале мая она легла в частную клинику на сохранение.

Дядя часто навещал ее и успокаивал. Приданное для малютки было давно готово. В конце мая, двадцать седьмого числа 1951 года Маша родила сына. Мальчик был здоровенький с голубыми глазками и светло-русыми волосиками. Маша начала кормить его грудью, благо молока у нее было в избытке. Крестили мальчика в русской православной церкви и нарекли Валерианом. Когда ему исполнился месяц от роду. Маша почувствовала себя счастливой и забыла на время все свои беды. Она вся отдалась сыну и любила его уже без памяти. Она похудела и побледнела, под глазами появились синяки, от бессонных ночей. Няне Маша не очень доверяла. Когда он болел или капризничал, она переживала и пугалась. Приходил врач и успокаивал ее.

Сергей Михайлович Оболенский был арестован в августе 1952 года. Он знал, что Маша не сможет теперь вернуться… Ибо это стало бы равносильно ее самоубийству и убийству сына. Из французского посольства ему позвонили и приятный женский голос сообщил, что у него родился сын, жена и младенец чувствуют себя хорошо. А также, что дядя Марии послал вызов и приглашение для него. Но ответа от советских властей нет. Сергей решился обратиться в Министерство иностранных дел. Хотя понимал все безрассудство этого намерения. Но он не успел осуществить эту попытку. Звонок из посольства был сразу же зафиксирован и записан службой спецсвязи МГБ.

Ночью седьмого августа за ним приехал «черный ворон». Допрос проводил полковник с толстым мясистым лицом и голосом кастрата. Когда он злился, то становится багрово-красным, а голос его срывался и походил на визг. Через специальный потайной глазок-окошечко за допросом наблюдал Берия.

Сергей был спокоен. Его спокойствие напоминало чувство обреченного. Ему предъявили обвинение в связях со спецслужбами запада, и в частности с французской разведкой. Требовали чистосердечного признания, адреса явок и пароль в Москве и Париже. Спрашивали, с кем именно из французского бюро разведки она установила связь и как передает и получает задание от него. Сергей рассмеялся и сообщил, что жена поехала в Париж рожать ребенка, только и всего. Никакого отношения к шпионажу они не имеют. Полковник что-то кричал и требовал признания. Ему подсунули протокол допроса… Он прочитал и отказался подписывать. Тогда его повели в пыточную камеру. Его пытали током, загоняли иголки под ногти, отбивали почки… Берия сначала спокойно наблюдал, но вскоре сам принял участие в пытках. Со своей змеиной улыбкой он сначала предложил Сергею признаться во всем, иначе они убьют в Париже и его жену, и сына…

У них длинные руки и везде есть своя агентура. Сергей уже ничего не слышал, пытки, кровотечения вызвали сначала обморок и шок, и он потерял сознание. Утром он с трудом пришел в себя в одиночной камере. Его снова привели к следователю и обвинили в измене родине и шпионаже. Предстать перед своими мучителями в закрытом судебном заседании он не смог, так как фактически не приходил в сознание, после повторных пыток. Его палачи вынесли приговор — расстрел.

В шесть утра ему сделали какой-то укол. Он ненадолго очнулся. Тогда его вывели под руки во двор внутренней тюрьмы Лубянки и расстреляли. Последнее, что он увидел — яркая огненная вспышка… Потом он провалился в черную бездну… Он успел перед смертью беззвучно помолиться и просил господа спасти его жену и сына.

Расстрельная команда МГБ, спокойно и равнодушно опустила винтовки, словно ничего и не произошло. Он не видел лиц своих убийц и не надеялся, что когда-нибудь будет отомщен. За короткий миг перед своей смертью думал, как он предстанет перед Господом и что будет с его женой и сыном.

Жизнь его оборвалась вместе с молитвой. А главный палач всей страны — Иосиф Сталин не знал и не ведал, что не пройдет и года, как сам он умрет мучительной смертью, всеми покинутый и преданный своими приспешниками, оставившими его умирать в одиночестве, без медицинской помощи, то ли от страха и ужаса перед ним, то ли специально, дожидаясь его кончины. А после страшных и «помпезных» похорон вождя, где народ в припадке любви и горя к своему мучителю, подавит друг друга в большом количестве, все равно как на последнем короновании, последнего русского царя Николая II на Ходынском поле, вскоре падет и будет расстрелян 23 декабря 1953 года Лаврентий Павлович Берия. Этот Малюта Скуратов своего времени. И что в отличие от Сергея Оболенского, молча и с достоинством принявшего свою смерть, Берия будет ползать на коленях и умолять сохранить ему жизнь.

ИспытаниеМаша радовалась, наблюдая, как растет ее сын. Он почти не болел, был веселым и здоровым мальчиком. Машин дядя в нем души не чаял, ведь так хотел внука. Маша постепенно успокоилась и жила полной жизнью, посвящая ее сыну. Иногда они бывали с дядей, на приемах, которые давал Де Голль. Он ей понравился, своей искренностью и прямотой и светскими манерами аристократа, каковым и являлся не только по крови, но и по духу, что гораздо важнее.

Маша не знала, что дядя служил во Французской армии, вышел в отставку в чине бригадного генерала в 1946 году и являлся активным сторонником Де Голля.

В английском и американском посольствах, куда они также приглашались на приемы, Маше нравилось, что там бывало много молодежи, военных и штатских, и журналистов. Более демократичная атмосфера была у американцев. Но такую светскую жизнь она позволяла себе изредка, все время посвящая сыну, хотя у мальчика была няня.

Однажды, накануне рождества, когда Валериану уже исполнилось полтора года, ей приснился страшный сон, она увидела мужа, босого, окровавленного в белой рубахе в заснеженном поле, он шел к ней и звал ее, и спотыкался, и падал, и снова вставал и протягивал к ней руки, и голос его эхом отдавался в белом пространстве снежного поля и затихал где-то далеко позади, где чернел лес… И вокруг не было ни души… Маша проснулась в ужасе. Часы пробили семь утра. Она, накинув халат, в отчаянье вбежала в спальню дяди с криком: «Сергея убили!» Дядя уже проснулся. Он молился перед иконой Богородицы и, посмотрев на нее, побледнел. Маша плакала взахлеб, как это делают дети и все причитала: «Я знаю, я знаю, они убили Сережу!» Дядя обнял ее и пытался успокоить, уверяя, что это только сон. Но она не верила.

ИспытаниеПрошло еще два дня и Маша заметила, что за ней следят какие-то два типа. Они дежурили напротив дома, сопровождали ее на расстоянии в магазины и на прогулки с сыном. Она забеспокоилась и рассказала дяде. И тот сообщил ей, что он официально обратился во второе бюро — политическую разведку, к своему приятелю Мельнику, который и возглавляет эту разведку. Мельник русский, потомок расстрелянного вместе с царской семьей доктора Боткина, он сообщил, что в Париж приехал агент иностранного отдела МГБ и дядя обеспокоился за жизнь племянницы и внука. Поэтому к ней приставили двух агентов французской спецслужбы. «Постарайся пореже выходить из дома. Весь отдел Второго бюро французской конртразведки ищет этого московского посланца МГБ. Они обязательно найдут и его, и его связи». Целых две недели Маша нервничала и почти нигде не бывала. Потом успокоилась, узнав от дяди, что агента из Москвы арестовали. За день до рождества Христова Маша отправилась посмотреть на рождественскую елку и купить подарки дяде, сыну и экономке с няней. Париж весь был разукрашен иллюминацией. Эйфелева башня походила на елку с разноцветными лампочками. Люди радовались и смеялись. Маша думала, что ей одеть, они решили пойти с дядей на рождественскую службу в католический собор, так как православное рождество наступит только седьмого января.

Веселая и довольная возвращалась она домой. Уже возле подъезда дома что-то заставило ее обернуться… и она увидела мужчину в черном пальто там, возле кустов, около тротуара. Он направил на нее какой-то темный металлический предмет… Она инстинктивно отскочила в сторону и мгновенно промелькнула мысль — это у него револьвер, он хочет убить меня. Потом она увидела другого мужчину, тот бежал к ней. Раздался один выстрел и сразу же второй… Падая Маша успела подумать… я умираю. А как же мой сын! Потом она потеряла сознание...

Юсупов

Автор: , 30 Мар 2014

Юсупов

 

Глава из книги "Корнет Оболенский"

 

Дни чередовались один за другим, похожие словно братья-близнецы. Чтобы иметь хоть какой-то прожиточный минимум, Володя пошел работать истопником в соседний большой пятиэтажный дом. Здесь в подвале находилась отопительная система, загружалась она углем, и за сутки дежурства Володя изматывался. Потом, правда, можно было отдыхать два дня. Платили 150 рублей старыми, которых едва хватало на питание. Мясо удавалось есть только по праздникам.

Старый русский интеллигент Сергей Федорович Бухтеев, сосед Володи, рекомендовал ему заняться самообразованием и предложил свою библиотеку. Старики Бухтеевы начали опекать Володю и по мере сил помогали. Володя часто беседовал с Сергеем Федоровичем, человеком образованным, закончившим Московский университет еще до революции и повидавшим Европу и даже Америку. С ним было интересно. Разговаривали о жизни, о религии, о милосердии русской православной церкви, о ее подвижниках, о литературе, о русском театре. Сергей Федорович дал читать Володе Библию и Евангелие. Так он познакомился с великой книгой всех книг. Потом они беседовали, и Сергей Федорович комментировал Володе Старый и Новый Завет. Душой и сердцем Володя воспринимал православие как неотъемлемую часть своего бытия. Матушка его была религиозна и заронила это семя в его душе. Теперь появились всходы, и его новый наставник после покойной матери отмечал благодатную почву восприятия у своего ученика.

Володя много читал. Он поставил перед собой задачу сначала одолеть всю русскую классику, потом перейти к западной литературе.

Узнав о происхождении Володи, Сергей Федорович познакомил его с племянником покойного Обухова, генерал-адъютанта последнего русского царя Николая II. Борис Обухов, племянник генерала, работал во МХАТе во вспомогательном составе труппы. У него был великолепный голос — баритон. Жил он в коммуналке, в проезде Художественного театра, бывшем Камергерском переулке. Именно Борис Обухов и представил Володю Сергею Юсупову, родственнику того самого известного в России Феликса Юсупова, жившего теперь за границей.

Юсупов мог помнить деда Володи, князя Оболенского. Это действительно оказалось так: счастливая случайность — Юсупов совсем еще юнцом учился вместе с дедом Володи в Пажеском корпусе.

Когда они вошли в подъезд старинного московского особняка с широкой лестницей, где мрамор заменили камнем, и позвонили у высоких дубовых дверей с медной ручкой, дверь тотчас отворилась, и перед ними предстала маленькая сухонькая старушка в капоте и фартуке поверх него. В передней же перед ними явился седой благообразный старик с точеным римским профилем, в белоснежной рубашке с золотыми запонками и атласной стеганой домашней куртке. Идеально отглаженные брюки с кантом напоминали гусарские рейтузы. В руках у него был тяжелый янтарный мундштук и длинная тонкая сигарета. Легкий ароматный дымок кольцами уплывал к потолку.

Юсупов

Герб рода князей Юсуповых

Сергей Юсупов приветливо улыбнулся им и пригласил войти в гостиную. Большая квартира его из четырех комнат напоминала типичную московскую господскую квартиру конца прошлого столетия, а Юсупов походил на московского барина, сошедшего с иллюстраций книг Толстого или Данилевского.

Стояло солнечное декабрьское морозное утро. В гостиной, обставленной Александровской мебелью красного дерева, было много картин: Крымов, Сомов, Коровин, Серов. Юсупов любил русскую живопись и коллекционировал ее. Венецианские старинные зеркала от потолка до пола. Изящные витые диваны, обитые старинным штофным красным шелком. Тяжелые серебряные канделябры. Изумительной красоты люстра из богемского хрусталя и кузнецовский фарфор в старинной горке красного дерева времен Екатерины с резными дверцами и вензелями. На полу — большой персидский ковер.

Портрет матери Юсупова работы Репина висел отдельно. Молодая женщина, декольтированная, с прекрасными большими серо-зелеными, немного печальными глазами. Дальше шли семейные портреты и фотографии в овальных и круглых рамах, портреты предков маслом, написанные в XVIII и XIX столетии. Особенно запомнился Володе генерал в прусском мундире времен Павла I с белой косицей. Лицо надменное, взгляд устремлен куда-то в небытие. Около одного из диванов стоял овальный и массивный столик. Белоснежная скатерть, изящный поповский фарфор, кофейные чашки, молочник и прочее на три персоны.

Юсупов пригласил всех к столу и, улыбнувшись Володе, торжественно пожал ему руку: «Ну-с, молодой человек, я вижу, что большевизм отразился и на вас. Укатали они вас здорово, но не огорчайтесь. Вы еще слишком молоды и вам еще может улыбнуться счастье в будущем, хотя... — он развел руками, — мы теперь не хозяева в собственной стране. Коммунисты решили создать свой советский «рай», — и он усмехнулся, — они верят в какой-то мифический коммунизм, а пока получается большой-пребольшой бардак. В наше время, мой молодой друг, в этой стране, не нужны ум, талант, порядочность, хорошее происхождение и даже деловые качества. Вы помните, конечно, эту замечательную сцену из «Бориса Годунова», где юродивый говорит царю: «Борис! Нельзя молиться за царя-ирода. Богородица не велит» — и намекает на зарезанного царевича Дмитрия, после чего в Угличе построили церковь Дмитрия на крови, — Юсупов вдруг засмеялся. — А большевики вырезали всю царскую семью, а не одного мальчика, и залили кровью всю Россию. Но заметьте, мой друг, не построили ни одной церкви, а даже наоборот, почти все их уничтожили. Вы ходите в церковь?»

«Да, — ответил Володя, — я хожу в церковь на Пречистенке, и даже просил отца Николая стать моим духовником».

«Ну и ну, — засмеялся Юсупов, — у вас есть собственный духовник. Совершенно княжеские замашки в советское время. Осталось вам только сшить фрак и заказать лакированные штиблеты». Володя смутился и одернул свой куцый потертый шевиотовый пиджачок. Вошла старушка и поставила на стол красивый серебряный кофейник. В гостиной сразу запахло ароматом свежесваренного хорошего кофе. Юсупов представил старушку: «Это моя незаменимая экономка и домоправительница, и наш друг — Анна Евлампиевна. Она знает все секреты старой русской кухни».

Аромат кофе, изысканные закуски на столе сразили Володю. Ведь его завтрак состоял из полбатона хлеба и двух стаканов пустого чая. А здесь румяной корочкой поблескивали расстегаи, янтарным жирком светился осетровый балык, семга улеглась на фарфоре бело-розовыми ломтями. Тамбовский окорок розовел, словно смущаясь.

После завтрака Борис Обухов раскланялся и поспешил в театр на репетицию, а Юсупов пригласил Володю в свою библиотеку. Это была большая комната, похожая на залу, с высокими потолками и лепниной. Все стены были заставлены огромными дубовыми книжными шкафами. Письменный стол у окна, кожаный диван и два таких же кресла. Дубовый, натертый до блеска, паркет и массивная бронзовая люстра завершали меблировку библиотеки. Ах, какая это была библиотека! Сколько уникальных книг на русском, французском, немецком, английском языках. Сколько великолепных изданий, начиная с XVII века! Русская классика, прекрасная западная литература. Шекспир на английском, изданный в XVII веке. Французские академические издания. Литература Англии, Германии, Италии с XVI по ХХ века. Восточная литература — Китай, Япония, Корея. «История государства Российского» Карамзина, 90-томный словарь Брокгауза и Эфрона в переплете с золотым тиснением. И много чего другого. Огромное духовное богатство. И всем этим Юсупов предложил пользоваться Володе. С этого прекрасного декабрьского утра Володя обрел в нем наставника и друга. Юсупов, окончивший Сорбонну и живший долго во Франции, был еще и талантливый военный инженер, крупный специалист, работавший в свое время во Франции и Англии в высших военных ведомствах. Именно по этой причине большевики не расстреляли его, и он долгое время консультировал их в Генштабе. В России же он еще до революции закончил Академию Генерального Штаба, а в Совдеп вернулся в сороковые годы.

Эта встреча и последующая дружба, и опека Юсупова, вплоть до самой его кончины, имели огромное значение для Володи. В трудные минуты жизни он помогал и поддерживал Володю и морально, и материально, и часто, улыбаясь, говорил: «Вы напоминаете мне своего голубоглазого юного деда. Таким он запомнился мне в Пажеском корпусе». С помощью этого прекрасного наставника у Володи формировался вкус, знания, большая эрудиция, начитанность и правильное восприятие несправедливости социальных структур чудовищного коммунистического общества, в котором человек и личность были ничто, а большая всеобщая ложь государства вместе с тоталитарным молохом советской системы уничтожали человеческие души и их бренные тела.

Юсупов и Володя часто беседовали. У Володи было много вопросов.

Он искал справедливость в жизни, пытался понять, почему Россия бедна и нища? Как могли люди забыть бога? Откуда берется жестокость и подлость? Может ли любовь спасти человечество от зла? И какая любовь сильнее? Любовь мужчины и женщины, продолжающая род людской, или любовь человеческая, христианская? Почему коммунистические вожди и их «порядки» так жестоки и бесчеловечны? И неужели Россия так никогда и не будет свободна и счастлива? Чем же лучше советское рабство в сравнении с крепостным правом? Как выстоять в этой жизни и не дать сломить свою душу и уничтожить идеалы, в которые ты веришь? И стать и остаться личностью?

И Юсупов терпеливо и мудро объяснял Володе. Справедливость надо искать в самом себе и, прежде всего самому поступать так. Россия — нищая страдалица, потому что попала снова в капкан, гораздо худший, чем татаро-монгольское иго. И именно легковерие народа русского и его детская непосредственность и доверчивость погубила Россию. Большевики и коммунисты — это страшная, разрушающая и бесовская сила. Они успешно пытаются создать духовный и нравственный вакуум вокруг человека, уничтожив религию, мораль, нравственность, историю, традиции России, они фактически уничтожали русского человека, его возвышенную душу. И теперь у него вместо души пар, как в народной поговорке. Жестокость и подлость у него рождается от бездуховности и от отсутствия веры у человека и убежденности в своей безнаказанности. Человек новой советской формации, придуманный ими — это безнравственность, отсутствие добра и милосердия, бездуховность, оторванность от своих исконных исторических корней — новый суррогат человека, выведенный большевиками. А как каждый суррогат, он лишь имитирует и подражает. В нем нет основы и отсюда все беды. Можно убивать, красть, прелюбодействовать, предавать и доносить... А бога в душе русского человека большевикам все-таки убить не удалось. Русский человек по-прежнему будет ходить в церковь, верить в бога и молиться, но делать это с оглядкой и опаской.

Вождизм и коммунистическая теория сами по себе античеловечны. Их аксиомы: разрушение всего старого, захват власти силой. Лукаво и лицемерно рассуждая о свободе, они кровью и насилием загнали народ в свое большевистское рабство и заставили служить своей новой коммунистической элите. Это гораздо хуже, чем при крепостном праве. В сущности ведь их классовая борьба — это элементарный бандитизм и разбой, уничтожение тех, на чье место они придут, чтобы еще более жестоко править тем же несчастным, беззащитным русским народом. Те злоупотребления властью со стороны царей, русской аристократии и царского правительства кажутся детскими игрушками по сравнению с их злодеяниями, воровством, превышением власти и массовым уничтожением народов, живущих в России.

Иван Алексеевич Бунин назвал большевистских лидеров мягким словом — «каторжники». Они гораздо страшнее и опаснее. И что самое чудовищное — они ведут Россию к вырождению, хаосу и гибели. Мне жаль ваше поколение, Володя, и последующие за вами. Боюсь, вам придется жить в окаянное время, когда Россия будет стоять на краю страшной пропасти, еще худшей, чем в 1917 году. И ее зальет кровь и охватит хаос. Но я, к счастью, не доживу до этих времен.
У тебя трудная задача в этой жизни. Ты будешь жить на маленьком заброшенном островке в бушующем океане лжи, жестокости и подлости. И этот островок — ты сам.
Тебе будут непременно встречаться и хорошие добрые люди, но научись распознавать и находить их. После образования и понимания мира, в котором ты живешь, это главное. Не будь слишком требователен к другим, а будь взыскателен к себе. Милосердие и добро, которые ты обязан делать людям, не обязательно должны дать плоды и вознаграждение. Если его не оценят люди, его оценит бог. Главное же оценка произойдет в твоей душе. Помни, что делая добро, ты спасаешь свою душу. Без этого не может жить настоящий человек.

Ты спрашиваешь, как стать личностью. Это не просто. Огромный труд, знания. Умение жертвовать своими интересами ради других, милосердие и понимание бед человеческих, как своих. А любовь прекрасна всегда, и мужчины и женщины, благо с давних времен ее освещает церковь, и христианская общечеловеческая любовь, которую сейчас стараются забыть и уничтожить, в основном, это делают коммунистические лидеры и их идеологи. Им это необходимо, иначе они боятся не справиться со своим народом.

Володя внимательно слушал и думал, представляя в своем воображении всевозможные картины прошлого и настоящего. Простота и мудрость этих мыслей поражали и радовали его.

Прошло два года со дня их первой встречи. За это время он многое понял и многому научился, благодаря этому удивительному и благородному человеку — Сергею Юсупову. И вот они вновь сидят в той же красной гостиной Юсупова. Сегодня второй день светлого Рождества Христова. В окна светит солнце, отражается в венецианских зеркалах. Легкий снежок за окнами разносит ветер, словно серебристую пыль. Становится холоднее. Впереди крещенские морозы. Москва утопает в сугробах.

Таким же морозным утром в канун рождества 1962 г. Володя хоронил Сергея Юсупова. Благородный, красивый, седой старик лежал в гробу, утопая в живых цветах, и церковный хор пел печально и красиво «Господи, помилуй». Было много людей, среди них — родственники и друзья, и его очаровательные племянницы. Солнце светило ярко и холодно так же, как в то памятное Рождество. На могиле был поставлен черный мраморный крест и такое же черное надгробие. В этот день Володя потерял своего наставника, друга и человека, занимавшего в его сердце место отца.

Москва…зима 1956 года

Автор: , 23 Мар 2014

Москва... зима 1956 года.

 

(Глава из книги "Корнет Оболенский")

Москва, зима...1956 года

Из мглы всплывает ярко зима 1956 года. Снежная, холодная и какая-то чужая Москва поразила Володю Оболенского. Он вдруг почувствовал себя маленькой песчинкой в огромном городе, где у него нет близких. И он никому не нужен. В куцем казенном пальтишке, ботиночках и старой шапке-ушанке, в единственном поношенном шевиотовом костюмчике, вернулся он через пять лет в Москву. В кармане лежала справка из детдома, подтверждающая его право на жилплощадь в столице как коренного жителя и плюс к ней — сто рублей старыми. Жить ему было негде, родственников не имелось. Правда, сердобольная старушка медсестра из Егорьевского детдома, тетя Роза, дала письмо к своей сестре Шуре — Александре Аркадьевне, живущей в Москве на Таганке, в Гончарном переулке, но к ней Володя решил обратиться в крайнем случае. А пока он имел намерение пойти в Моссовет, чтобы ему дали какое-нибудь жилье.В душе жила надежда на благополучный исход. Вот он придет и скажет начальнику: «Не жить же мне на улице! У нас и так все отобрали!»

Москва...зима 1956 годаОчень хотелось увидеть родную Сретенку. Володя решил идти пешком до Моссовета, через Сретенку. Ах, Сретенка, Сретенка! Сколько связано с ней. А она не изменилась ничуть. Все такая же узенькая, удивительно, как проходят автобусы и машины в обе стороны. И магазинов — не убавилось, а похоже, стало еще больше. Вот и кинотеатр «Уран», и «Грибы-ягоды» на углу Большого Сергиевского переулка, и знаменитый «Торгсин», теперь уже бывший, у Сретенских ворот — жалкие остатки монастыря... И Бульварное кольцо...

День стоял не холодный, шел мягкий, насыщенный влагой снег. Володя сел на скамейку на сквере, ведущем к Кировской, узнал огромный старинный дом, бывшее акционерное общество «Россия». Прохожих совсем не видать. Будни. Полдень. Охватило острое щемящее чувство тоски и одиночества. Как-то сложится жизнь? И сложится ли? Почему-то вспомнилось стихотворение Некрасова «Размышления у парадного подъезда». «А у меня и подъезда-то нет никакого, не токмо, что парадного!» — Володя горько усмехнулся. Зачем опять испытания? Матушка когда-то говорила: «Бог посылает. Испытывает тебя. Мужайся и не ропщи!»Мимо прошли две девушки с коньками. Видно кататься на Чистые пруды. Они смеялись, на их ресницах таял снег. Володя вздохнул и поднялся.

В Моссовет его не сразу пустили. Пожилой милиционер внимательно прочитал его детдомовскую справку и, видно, сжалился и даже подсказал, к кому обратиться и как найти. Зато секретарша начальника встретила его злобно. И хотела выставить, но Володя возмутился и заявил, что он отсюда не уйдет, пока не дождется начальника. Ему пришлось ждать в коридоре. Так он просидел до семи вечера... И все напрасно. Начальник не приехал.

Его шатало от голода и нервного напряжения, когда он вышел на улицу. Хорошо, что были деньги. Поев в закусочной у метро «Дзержинская», Володя поехал на Казанский вокзал. Там решил ночевать. Ночь прошла плохо, беспокойно. Все время ходила милиция, его сгоняли. К четырем утра, совсем измучившись, Володя пошел в комнату матери и ребенка. Шестнадцать лет ему нельзя было дать, худенький, небольшого роста мальчик, заморенный голодом, но державшийся с достоинством. Опять помогла детдомовская справка. Дежурная, полная женщина лет пятидесяти, расспросила Володю обо всем... тяжело вздохнула и разрешила ночевать... напоила чаем. А когда утром пришла сменщица, пошепталась с той о чем-то, и Володе разрешили ночевать здесь и на следующий день.

Прошло три дня, моссоветовского начальника он до сих пор не поймал... Секретарша врала по-страшному. Милиционер, дежуривший в первый день Володиного прихода, его узнал и посоветовал подойти к начальнику, когда он будет садиться в автомобиль, и показал глазами, когда тот направился к машине. Заявление и справка были в руках у Володи, и он бросился к начальнику, тот вздрогнул от неожиданности, потом удивленно посмотрел на мальчика... И взял документы. Прочитал, достал ручку и написал в левом верхнем углу резолюцию.

—«Ступай в Дзержинский райисполком... там тебе подберут комнату». Дзержинский райисполком находился в Марьиной Роще. Володя спустился на Неглинку и сел на троллейбус. В райисполкоме ему повезло, он сразу застал Кутакова, и его впустили пред «светлые очи», благодаря резолюции из Моссовета. Кутаков поставил на заявление новую резолюцию и направил мальчика к завжилотделом. На прощанье спросил:

— «Есть пожелания?»

— «Да, — ответил Володя. — Хотелось бы... на Сретенку. Я там родился... и жил в Сухаревском переулке».

— «Хорошо»,       — согласился Кутаков и дописал что-то на заявлении. Потом грустно улыбнулся. — «Ты один?»

— «Один», — признался Володя.

— «Ну, ничего, держись. Я пришел с фронта... тоже остался один... А теперь семья. Если помочь с работой, то заходи. Да... и вот еще что, будут предлагать подвал... не соглашайся. Позвони тогда. Вот тебе мой телефон». И он протянул листок бумаги.

В этот раз Володя решил все же поехать к Александре Аркадьевне в Гончарный переулок. Ночевать на вокзале уже не было никакой возможности. Зато у него хорошие новости, скоро дадут комнату. Коммуналка, в которой жила тетя Шура, была невелика. Прихожая — метров шесть, кухня метров восемь и три комнаты, десятиметровая, восемнадцати и пятнадцатиметровая комната Александры Аркадьевны. Проживало здесь жильцов двенадцать душ. Тетя Шура встретила Володю приветливо. Накормила обедом, напоила чаем и постелила на диване. Она оказалась женщина мягкая, добрая. Работала на фабрике «Кардолента» старшим бухгалтером и жила со старушкой матерью. Уже очень древней, 89 лет от роду.

Пришлось прожить в этой квартире почти месяц, пока дали комнату. Соседи тети Шуры жили недружно. Почти каждый день скандалили. То из-за раковины, то из-за газовой плиты. Или просто так, из-за плохого настроения. Здесь впервые осознал Володя ад советских коммуналок и жалкое убогое подобие жизни советских рабов, называвшихся совгражданами. Но ему самому пришлось нахлебаться этого «счастья» досыта, попав в тот же советский «рай».

Москва...зима 1956 года

Наконец, наступил долгожданный день. После многих подвальных предложений жилотдел смилостивился и выдал Володе ордер на комнату в девять квадратных метров в Большом Сергиевском переулке, аж на втором этаже в маленьком, когда-то купеческом, деревянном оштукатуренном домишке №13, с печным отоплением, но наличием канализации, водопровода и газовой плиты в кухне. Дров, правда, давали мало, а одна стена Володиной комнаты промерзала и покрывалась изнутри льдом... Но что поделаешь? Все же своя комната и не подвал.

В квартире, разделенной на две половины и перегороженной коридорчиком и тонкой фанерной дверью, обитало немало народу, семья из старушки Елены Федоровны и двух ее братьев: Михаила Федоровича — бухгалтера МХАТа и Сергея Федоровича — врача, зав. лабораторией экспертизы городской больницы. Люди необычайно добрые, религиозные, милосердные — типичные представители русской дореволюционной интеллигенции, на удивление чудом сохранившиеся. Вторая семья — евреи из Прибалтики. Их было много — одиннадцать человек. Все поколения как бы в одном «фокусе» жизни. От старого до малого. Люди приветливые, неплохие, отзывчивые. В этом смысле Володе повезло, квартира оказалась дружной.

В момент своего появления в доме №13 Володя застал Леночку — внучку стариков. Она-то и выезжала из девятиметровки. Закончила нефтяной институт, вышла замуж за албанца и отправлялась теперь навсегда в город Тирану. Грустное прощание. Старики сдерживали слезы. Оставшуюся у Леночки мебель старики хотели подарить Володе, но он настоял и заплатил тридцать рублей.

"Диван, стол и три стула — как раз вполне достаточно, чтобы начать новую жизнь",— решил Володя и спокойно заснул в своей комнате. Так началась его самостоятельная жизнь.

Сальвадор Дали, мрак средневековья над Украиной и тетушка Меркель.

Автор: , 15 Мар 2014

Сальвадор Дали, мрак средневековья

над Украиной и тетушка Меркель.

 

Сальвадор Дали, мрак средневековья над Украиной и тетушка Меркель

Когда попадаешь в фантастический сюрреалистический мир живописи Сальвадора Дали и приходишь в его Дом-музей в Каталонии, где множество необычайных символов присутствия человека на планете Земля, то постепенно понимаешь, что этот мир не абстрактный, а вполне реальный. Его муза, любовница, жена, импресарио – Гала (она, кстати, уроженка Украины), она главный и основной символ у этого гения.

Мы понимаем и чувствуем Дали - великого и прозорливого художника мыслителя, философа. Это еще одна ипостась в его творчестве. «Я ненавижу, писал Дали,  – всевозможные «измы» - коммунизм, фашизм, любой радикализм. Эти придуманные социумом  политические системы, используя стадное поведение человечества, отбрасывают его назад в мрачное кровавое средневековье

Технический прогресс есть. Прогресс сознания отсутствует. По-прежнему в мире людей царит ненависть и нетерпимость: национальная, расовая, социальная. А отсюда кровавые войны, революции, современное рабство. Несмотря на смену веков, человечество продолжает жить в диком средневековье. Сальвадор Дали верил, что так будет не всегда. Он верил, что человечество придет к идее ценности личности, к обществу индивидуализма.

Я помню, что впервые попав в дом-музей Сальвадора Дали в Испании, я был поражен его откровениями на все века и времена, о том, что думал он и писал о нашем мире людей.

К сожалению, его гениальное пророчество сбывается, хотя сегодня уже XXI век. Мы живем по-прежнему в бесконечных войнах, теперь им придумали название «локальных»! Революции то розовые, то оранжевые… вспыхивают без конца на разных континентах, унося сотни тысяч человеческих жизней. Сейчас у нас еще одна тревога – Украина! Она рядом возле нас. Веками она была частью России, нашим братским народом, политая нашей кровью во время захватнических войн шведов, англичан, французов, немцев, турок…

В 19 веке турки в союзе с англичанами и французами и итальянцами развязали Крымскую войну, пытаясь захватить Крым, но ничего из этого не вышло, агрессорам не удалось победить нас. А в 1991 году два предателя Горбачев и Ельцин сдали 15 советских республик и оторвали их от России одним росчерком пера, в том числе и Украину. Тогда же и начались несчастья Украины. С 1990х годов Украина разваливалась по всем показателям – экономика, армия, сельское хозяйство. За эти 20 лет, пока поднималась Россия, Украина растратила последние достижения, доставшиеся ей от советской России.

Новое государство разваливали поочередно все четыре президента, не будем их перечислять, они всем известны. Последний – Янукович отличился больше всех. Он сдал страну уголовникам, объявленным в международный розыск террористам, неонацистам, бандеровцам. Некоторые бывшие представители власти США сейчас признаются и даже возмущаются, зачем Америка тайно финансировала эту кровавую аферу? Обама делает вид, что нечего об этом не знал.

У Обамы, правда, сегодня свои проблемы. Срок президентства скоро закончится. Конкуренты республиканцы наступают на пятки и дышат в затылок. Рейтинг его падает. Авторитет его падает на международной политической арене, так и внутри страны. Страна живет по-прежнему в долг. Вот почему новому премьеру Украины. Приехавшему просить  помощь с протянутой рукой Яценюку, денег не дали. А дали печенье, продовольственную помощь, чтобы в Киеве не голодал ни в чем не повинный народ. Действительно, у Обамы плохие времена для лирики. Не смотря на войны, развязанные Обамой, ему дали Нобелевскую премию мира «как миротворцу»!

США грозит санкциями в адрес России, а за ними, как попугай, повторяет тетушка Меркель. Правда, от этих санкций пострадает больше всего не Россия, а Европа, с ее зависимостью от русского газа и крупных экономических сделок в миллиардных измерениях.

Угрозы военного характера также наивны! Сегодня Россия занимает второе место в мире по современному модернизированному вооружению, в том числе и ядерному. Если полетят ракеты НАТО на Россию, то из России полетят ракеты назад через Европу. Так что военная агрессия типа уничтожения Югославии не получится. А третья мировая война из-за Украины никому не нужна, т.к. она грозит мировой катастрофой.

Стоит напомнить об уроках истории – Россия никогда не была инициатором мировых войн. Россия спасла человечество от коричневой фашистской чумы. Так что тетушку Меркель, сделавшую недавно публичное заявление, осуждая Россию и грозя санкциями, не плохо бы спросить, а что она думает о Германии, развязавшей обе мировые войны, оккупировавшую Россию и Украину, а заодно и почти всю Европу? Что она думает о неделимости других государств? Как там обстоят дела с международным правом? Особенно в фашистских концлагерях? В России есть такая русская поговорка «Чья бы корова мычала!»

Вся эта ситуация сегодня на Украине напоминает фильм Стенли Крамера «Корабль дураков», в основу которого режиссер взял картину Босха с одноименным названием.

Там безумцы плыли в неизвестное будущее и приплыли в фашистскую Германию Гитлера конца 1930х годов! Не та ли участь ждет нынешнюю Украину в ближайшем будущем!?

Как стать писателем в СССР

Автор: , 06 Мар 2014

Как стать писателем в СССРГенетическая склонность Володи к изучению русского языка, к его тонкостям и особенностям все время вели его к совершенному овладению им, а плохая интернатская школа тормозила и мешала. Основательно помог в свое время Сергей Юсупов. Он фактически взял на себя обязанности его преподавателя и наставника. Понадобилось три года для серьезного продвижения. Устная речь у Володи всегда была безошибочна. Его хороший русский литературный язык удивлял многих. Особенно если учесть, что он говорил на языке конца прошлого — начала XX столетия. Потом последовало серьезное изучение русской классики и тех произведений и авторов, которых давно запретили в СССР, таких как Бунин, Мережковский, Бальмонт, Гумилев, Набоков… И прекрасных беллетристов более раннего периода: Мельникова-Печорского, Данилевского, Ершова, Шелер-Михайлова. После русской классики необычайно интересной показалась Володе европейская литература. Немалое любопытство возникло у него к истории отечественной. Он не надеялся поступить в университет, сия мечта казалась несбыточной, хотя и сдал экстерном экзамены за 10 класс, а потому самозабвенно занимался самообразованием, пользуясь уникальной библиотекой Юсупова.

Но вот Юсупов скончался. Не стало Володиного бескорыстного друга. Небо, снова показалось ему с овчинку, как после смерти матери. И он возненавидел похороны. Для него они сделались не ритуалом печали, а трагедией потерь и ощущением своего одиночества в этой суровой и несправедливой жизни. Стоял морозный январский день, когда он возвращался после кладбища. Облаков на небе почти не было. Солнце светило как-то странно, будто нехотя. Ветер куда-то вдруг подевался. Снег скрипел под ногами, и Володя думал о своем одиночестве. В голове неожиданно возникла мысль, как ему, Юсупову, он звал последнее время его дядей Сережей, поди там холодно на кладбище, да еще под мерзлой землей! Ведь хоронили-то его без пальто… Фу ты, какая ерунда, вспомнил Володя. Он же умер и ничего не чувствует! А как же душа? Где она теперь? Наверное, летает? Может и ко мне прилетит проститься. В виде какой-нибудь птицы – голубя или воробья. Или во сне явится.

Коммунисты, правда, уверяют, что никакой души нет. И бога нет. Но этого не может быть. У них возможно и нет. Нет души, нет бога, нет совести. Но у нормальных-то людей — все есть. Ведь ходят же они в церковь, и, несмотря на запрет, крестят детей, и отпевают умерших, и молятся Богу, и постятся, и справляют Рождество Христово и Пасху. Еще в шестнадцать лет познакомился Володя с отцом Николаем, настоятелем храма Ильи Пророка, что на Пречистенке, привел его в храм Борис Обухов и с тех пор подружился он с настоятелем и тот согласился быть его духовным отцом. С ним Володя постигал библию и церковную «грамоту». Добряк, умница, очень скромный и кроткий. И на все смотрел философски. «Все проходит, и болезни и печали, и несчастья. И людская злоба и зависть не так страшны, если веришь в господа нашего Иисуса. Все еще изменится для тебя к лучшему, даст Бог! — нередко говаривал он Володе в минуты его отчаяния. — Бог поможет, он тебя помнит». Все эти мысли витали в голове Володи, когда он возвращался с похорон домой. Купив на последние деньги бутылку вина, он решил справить поминки сам, не захотев поехать к родственникам Юсупова. Больно уж равнодушно восприняли они его смерть. В своей каморке выпил Володя за помин души прекрасного и добрейшего человека, когда-то блестящего гвардейца, аристократа, знавшего нашего последнего русского царя и его августейшую семью. Вот и нет больше той эпохи! Она умерла. Вернее, ее расстреляли.

Может быть, она осталась в далеком от нас Париже? А Париж, словно другая планета. А Москва и вся советская страна, так теперь называли коммунисты Россию, не признавала свое прошлое и выдумывала новую историю, построенную на беззастенчивой и наглой лжи. — «Гнусное время! — вырвалось у Володи. — И угораздило же меня в него родиться!»

Он снова наполнил свою граненую рюмку. Дрова в голландке прогорели. Володя разгреб угли, дождался, когда погаснут синие язычки угарного газа, закрыл трубу и, помолившись, уснул. Во сне ему снилась матушка и Юсупов. Проснулся он весь в слезах. Прошел год. И кое-что изменилось в Володиной жизни. Его тяга к писательскому творчеству была неодолима, и он написал свой первый рассказ о деревне, в которой отдыхал летом у знакомых. Деревня находилась в глуши, в стороне от шоссе в сорока километрах от старинного города Торжка, что в Тверской губернии (в советское время — Тверь называлась Калинином). Его поразили два явления. Во-первых, что люди здесь живут как в XVII веке. Почти ничего не изменилось, кроме сельсовета, красных флагов, вывешиваемых в праздники, и электропроводки без электричества. Не стали тянуть сюда линию электропередачи. Дорого и нерентабельно — решили местные власти. В деревне осталось всего двадцать пять дворов. И, во-вторых, удивили характеры самих людей. Они словно и не изменились с прошлых веков, также самобытны и просты. Володя хотел показать свой первый рассказ известному писателю Паустовскому, которого он любил за его прекрасную прозу. Он отправился в Союз писателей повидать Паустовского, куда тот приезжал крайне редко, так как жил в своем зимнем доме на природе в деревне.

Как стать писателем в СССРВолодю долго не хотели пускать в Союз советских писателей, как в свое время героев романа Булгакова «Мастер и Маргарита». «Предъявите членский билет», — рявкнула старуха у входа. На ней был какой-то нелепый форменный пиджак с медными пуговицами, длинный нос и маленькие подслеповатые злые глазки смотрели на Володю подозрительно. И всем обликом и поведением своим она напоминала крысу, того гляди вцепится в тебя. «Ну и ну», — проговорил вслух Володя и стал объяснять причину своего визита. Старуха слушать ничего не желала. «Раз нет членского билета, значит, покиньте помещение». — Володя даже растерялся от такого неприкрытого хамства. Но тут раскрылись высокие застекленные двери и с мороза вошел толстый седовласый человек, очень важный и осанистый. На лице его застыло выражение: «Мне ни до кого на свете нет дела». Старуха вдруг вся преобразилась, заулыбалась, засуетилась, ее рот, напоминавший замочную скважину, искривился, изображая радость, и она бросилась снимать с толстяка шубу с бобровым воротником и оттряхивать веничком его ботинки, интересуясь его здоровьем. «Ах, оставьте, Роза Семеновна», —  пробасил толстяк нехотя, но раздеть себя позволил. Пока он причесывался перед зеркалом, Володя обратился к нему. Толстяк выслушал равнодушно и дал указание старухе позвонить по внутреннему телефону в секцию по работе с молодыми. Пусть за ним зайдут и разберутся, показал он глазами на Володю и, мягко ступая по ковровым дорожкам, проплыл мимо.

Уже гораздо позже узнал Володя, что это был всесильный тогда секретарь Союза писателей СССР по оргвопросам, и поставили его сюда аж из самого ЦК КПСС блюсти порядок и бдить. Мало ли что могут вытворять эти писатели! К литературе он, конечно, никакого отношения не имел, зато ранее сам являлся «ответственным» работником ЦК и сидел на Старой Площади. «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!» — мелькнуло в голове у Володи, при виде сей картины. Силен в России дух чинопочитания и холуйства. И, похоже, неистребим! Вскоре за Володей спустилась прыщавая девица и повела его по лестницам и коридорам в секцию по работе с молодежью. Здесь сидела женщина лет пятидесяти по имени Эмилия Борисовна, с лицом худым и желтым, словно только что после желтухи, но оказалось, это из-за курева. Дымила она нещадно, манеры имела резкие и скорее мужские, хотя туалет ее выглядел вызывающе. Короткая юбка в обтяжку, подчеркнутый мощный бюст и в довершении огромная серебряная цепь с бляхой на шее. Дама достала какую-то карточку и начала свой «допрос». Где родился, где учился, кто родители… Прямо как в КГБ, решил Володя. Заполнив карточку, «мадам» задала вопрос, что он хотел? И Володя стал объяснять про свой рассказ. Дама выпустила струю дыма и заученной интонацией предложила: «Оставьте, мы дадим прочитать кому-нибудь из консультантов». Володя возразил, он не хочет отдавать кому-нибудь.

— А что же вы еще хотите, — удивилась дама и вытаращила на него глаза, похожие цветом на дохлую рыбу.

— Я хочу показать рассказ Константину Георгиевичу Паустовскому, — отчеканил Володя.

Дама громко засмеялась и сейчас же закашлялась от дыма.

— Ну, знаете… — промолвила она и пожала плечами. — Сегодня вторник, у него присутственный день. Хотя он сейчас болен. Но вряд ли он станет читать ваш опус, — бросила она вдогонку, когда Володя уже выходил.

Как стать писателем в СССРИ все же Володе повезло, и он встретил в коридоре Паустовского, уже собиравшегося уходить. Смущаясь, Володя обратился к нему и назвал причину своего визита. Паустовский внимательно посмотрел на Володю и пригласил в свой кабинет. Расспросил о его жизни, судьбе, о том, чем он сейчас занимается, забрал рассказ и обещал прочитать. Оставил телефон и предложил позвонить через две недели. Ровно в указанный срок Володя позвонил. Константин Георгиевич разговаривал с ним ласково, сказал, что рассказ прочитал.

– Вы, голубчик, образно мыслите. Язык у вас неплохой. Но вам следует серьезно работать над собой. Хоть дар божий у вас имеется и пробивается. Но следует избавляться от подражания, даже Бунину. Надо идти от своей индивидуальности. Литературная учеба вам также полезна. Но сие есть познание тонкостей ремесла и без этого нельзя. А сейчас, извините, я приболел немного. Позвоните мне дней через десять, может быть, я смогу, и мы повидаемся.

Больше Володя так и не смог с ним встретиться. Вскоре из газет он узнал, что Константин Георгиевич Паустовский скончался. Были некрологи и выступления по радио писателей и всякое другое. Но путь земной его завершился. Остались книги Паустовского, прекрасные и поэтичные, берущие за сердце. Много лет спустя, став уже профессиональным литератором и драматургом, в Дубултах на семинаре встретил Володя одного старенького детского писателя, знавшего хорошо Константина Георгиевича. И он рассказал Володе об этом исключительно добром человеке и изумительном писателе.

Стоял май. Балтийское море плескалось за окном. Юрмалу заливало солнце, цвели тюльпаны и в дом творчества Яна Райниса съехались писатели на семинар со всего Союза. Белые ночи опускались на Дубулты, и совсем не хотелось спать. Запах сирени и ландышей витал в комнате Володи, он так любил цветы. Стройные красивые женщины с синими глазами гуляли по набережной, и картина жизни казалась идиллической. Только с грустью вспоминался тот морозный день, когда Володя в первый и последний раз увидел Паустовского, высокого, очень худого с орлиным профилем и добрыми усталыми глазами, так много повидавшими в этом мире.

Как стать писателем в СССРА годы бежали, не останавливаясь, словно мальчишки взапуски. Вот один уже выдохся, его время вышло, и на смену спешит новый. Володе иногда хотелось остановить мгновенье уходящего старого и появления нового года. Или чуть задержать его, как задерживают дыхание, чтобы потом полной грудью вдохнуть и заново ощутить аромат жизни. Но ему не удавалось. Да, стать писателем в СССР, как выяснилось, дело тяжелое. Не достаточно иметь талант, знания, упорство, даже «правильные» убеждения в духе коммунистических догм и советских верноподданнических чувств. Писательская профессия в советском государстве превратилась в политический мощный рычаг давления на массы, помогая коммунистам оболванивать их. И если лозунг 20-х—30-х годов «У нас все должно быть партийно» несколько перекроили, смысл остался прежним. Псевдоученые марксисты придумали новый термин — «социалистический реализм» в искусстве, куда входили все виды и жанры оного: литература, театр, кино, музыка, живопись, и т.д. Была и историческая подоплека и предыстория советскому искусству. Когда все русские таланты и гении уехали после 1917 года в эмиграцию, открылось широкое поле деятельности. И всякая шушера ринулась создавать новое искусство, прославляя красный террор, совдепию и вождей, часто безумных растленцев и кровавых палачей своего народа. Кто же составил сию новую «элиту», так называемую советскую интеллигенцию? В основном, честолюбцы, авантюристы, аферисты и проходимцы, мечтавшие о славе, власти и деньгах. Среди оных были и бывшие комиссары, по колено в крови, типа Гайдара-Голикова, или партработники. Или оголтелые ненавистники России, параноики, скрывавшие свое безумие под маской классовой ненависти, вроде Демьяна Бедного. Были и единицы настоящих талантов из бывших, среди них: Алексей Николаевич Толстой, которого называли в Совдепии рабоче-крестьянским графом. Он писал о революции и славословил оную. Его опекал Иосиф Сталин. Когда-то, до 1917 года, А.Н. Толстой являлся самородком русской литературы, как жемчужина в золотой оправе. В Красной России слабыми отголосками его прекрасных рассказов стали «Хмурое утро», «Сестры» и «Эмигранты». А потом совсем уже плохо и все хуже и хуже. Холуйские попытки восхвалять Вождя и советскую власть привели его к полной деградации и в писательстве и в личной жизни. Великий Иван Бунин ругал его в эмиграции. А Михаил Булгаков сохранил свой талант, честность и благородство, создавая изумительную русскую прозу в ироничном антисоветском стиле. Его топтали, клеймили. Умер в нищете и забвении. Но создал бессмертные шедевры «Мастер и Маргарита» и «Белая гвардия».

Повесилась Марина Цветаева, талантливая и тонкая натура Цветаева, которая так восхищалась двадцатым веком в 1906 году. И вот страшный финал.

Поэта от бога — Сергея Есенина, истинно русского лирика, убили! Есть версия, что приложили руку к этому агенты ГПУ. Застрелился Владимир Маяковский. Обыватели тех лет уверяли, что он совершил сие из-за распутной Лилии Брик, спавшей сразу с двумя мужчинами. Но вспомним его стихотворение, не вошедшее ни в одно издание, где он клеймит советский молох-убийцу! И сразу возникает мысль о тайном политическом убийстве.

Так начался ХХ век в Советской России!

Пролетарский писатель из народа Максим Горький, буревестник революции, стал знаменем советской литературы, возглавил Союз Советских писателей, созданный Сталиным. И превратился в заложника Кремля. Похоже, напрасно вернулся из Италии. В Совдепии ему сократили жизнь, когда он стал прозревать. Но вскоре, к концу сороковых и началу пятидесятых, все мастодонты повымирали, отправившись держать ответ за свои грехи перед Всевышним.

А на смену явились новые, помельче. Вот они и заполнили пустоту и возглавили советскую литературу и искусство. А политбюро ЦК КПСС направляло и руководило. За хорошую холуйскую службу награждали сталинскими и ленинскими премиями, орденами, привилегиями и льготами, высокими окладами и властью над себе подобными. Неугодных и инакомыслящих чистили, сначала НКВД, потом МГБ и КГБ. Писатели сделались идеологами совсистемы. Структура сия являлась закрытой и недоступной. За малейшее вольнодумство исключали из Союза писателей и из КПСС. А это значит безработица и голодная смерть. Подлинные таланты иногда прорывались, если они умели писать эзоповым языком и скрывали свои убеждения. Правда и их нередко «разоблачали», изгоняли или сажали, как Солженицына, некоторых расстреливали. Время шло страшное. Всеобщее лицемерие превратилось во вторую натуру. Доносительство и подлость поощрялись и восхвалялись как героизм.

Между собой «братья» советские писатели и прочие деятели искусств друг друга ненавидели и душили по мере сил, ну прямо точно, как у Булгакова в «Мастере и Маргарите», «Моссолит», куда по незнанию пришел Володя, особенно славился сей «доблестью». И очень жаль, что Воланд, на самом деле не сжег его, а заодно и весь серпентарий под названием Союз Писателей СССР. Трагикомизм советского писателя заключался в том, что ему не обязательно было обладать талантом и мастерством. Нет, ему следовало быть членом КПСС и владеть писательским членским билетом. А с пишущей молодежью было еще «веселее». Когда соискатель на звание писателя приходил в издательство, театр или киностудию и предлагал свои произведения, его спрашивали, является ли он членом Союза писателей? Если нет, ему показывали на дверь. Не понимая до конца своего положения, он бежал в Союз писателей для того, чтобы быть принятым в оный. А там его с той же улыбкой спрашивали, где изданные его книги, сборники стихов, поставленные в государственных театрах пьесы и фильмы на экранах? Сначала опубликуйте свои творения, потом поговорим. Получалось что-то вроде московской прописки. Без прописки не принимали на работу, а без работы не прописывали. И попробуй, пройди сей замкнутый первый круг советского ада.

Прошли десятилетия. Умер вождь всех временен и народов Иосиф Сталин. Остались тайной его последние дни жизни после потери сознания. Известно только, что к нему не допускали никого, даже врачей. Может для того, чтобы дать ему благополучно скончаться? Но на этот вопрос ответить уже никто не сможет. Покойники, как известно, молчаливы. Хрущевская эпоха, названная оттепелью, была бестолкова и нелепа, как и сам Хрущев с его замашками холерика и безумца. С одной стороны он осуждал культ личности Сталина и реабилитировал политзаключенных, и в тоже время расстреливал рабочих и мирное население в Новочеркасске, где погибли и дети. И вообще, годы его правления напоминали сумасшествие. Дикие и безграмотные его поступки дорого обошлись народу. То он вдруг, ни с того ни с сего, дарил бриллианты из Грановитой палаты, являвшиеся историческим национальным достоянием, английской королеве. Или заставил сеять повсеместно кукурузу вместо пшеницы, и страна осталась без хлеба. Повысились цены на продовольствие. Целина унесла многие жизни людей, бессмысленно и жестоко. Его война с современными веяниями в искусстве походила на средневековое варварство.

В конце концов, в 1964 году бескровно и благополучно произошел государственный переворот и его «друг» и выдвиженец   Л.И. Брежнев пришел к власти. Тут же произошла реставрация прежних устоев и порядков. И вся имевшая место борьба Хрущева с культом личности, превратилась в фарс еще и потому, что за годы своей власти он создал свой собственный культ личности. Хрущева быстро забыли. Брежнев «царствовал» долго и не менее бездарно, чем его предшественник и его последователи. Причина краха советской системы была в самой системе. Но как это ни парадоксально, весь советский период создал не только монстров, подонков, предателей, идиотов, палачей народа и бездарных сумасшедших вождей, но породил и героизм русского народа в экстремальных ситуациях, войнах и национальных трагедиях.Таланты, подлинные и неистребимые, все равно появлялись в науке, культуре, литературе и искусстве. И секрет здесь заключался в уникальных способностях народа, который не сумели задушить и поработить даже коммунисты. Появились и настоящие писатели Земли русской в советскую эпоху. Такие как К. Паустовский и В. Шукшин, и другие.

Как стать писателем в СССР

Владимир Оболенский и Ксения Куприна. Работа над сценарием фильма "Мне нельзя без России" в доме у Ксении Александровны.

Все это Володя узнал гораздо позже, когда стал зрелым человеком и прошел огни и воды, и медные трубы, сохранив свое человеческое достоинство. А в те далекие пятидесятые и шестидесятые он входил в литературу не сразу, трудно и с большими жертвами. Он стал участником совещаний молодых начинающих писателей, учился в литературной студии по семинару драматургии, при Московской писательской организации. Его первым, увидевшим свет произведением стал литературный сценарий телевизионного художественного двухсерийного фильма о русских писателях-эмигрантах — Бунине, Куприне, Бальмонте, Мережковском и т.д. под названием «Мне нельзя без России». Фильм вышел на экраны в 1967 году. В нем снялись выдающиеся актеры МХАТА: Массальский, Кторов, Муравьев, Топорков, Попов и дочь Куприна — Ксения Куприна. Потом фильм благополучно сгноили в «Белых столбах», так как он не прославлял советскую систему и потому был снят на плохой отечественной пленке. А она прожила только три года. Копии не считали нужным делать.

Второй существенной творческой работой Володи явилась пьеса «Я счастливый парень», поставленная в только что тогда родившемся Московском театре-студии «Жаворонок», профессиональном кукольно-драматическом театре. За эту пьесу Володя получил даже диплом на театральном фестивале Москвы 1968 года. Сам театр считался авангардистским и идеологически невыдержанным, а потому его демонстративно закрыли в 1972 году, а декорации всех спектаклей сожгли. Инициатором этой варварской акции был оголтелый фанатик и монстр, бывший секретарь Свердловского РК КПСС г. Москвы и тогдашний начальник Управления культуры Москвы Покаржевский и его холуи из Управления культуры. В 1969 году Володю приняли в творческую писательскую организацию Комитет Московских драматургов. И началась его борьба за свою профессию, тяжелая и беспощадная.

Цензура тогда существовала чудовищная. В советском искусстве необходим был современный герой-рабочий, колхозник, или коммунист. Поощрялись также вожди. Некоторые бессовестные ловкачи создавали «образы» Ленина, Сталина в литературе, театре, кино, живописи. И делали карьеру, получали чины и звания. Потом цинизм и продажность «советских писателей» достигли апогея. Стали прославлять и изображать временщиков — Хрущева и Брежнева. Появилось и понятие «диссидент». Их изгоняли из страны, или они уезжали сами. Такие, как В. Максимов, Некрасов, Буковский, Солженицын. В СССР они предавались анафеме и объявлялись врагами.

Немало произведений, написанных Володей, не прошли цензуры и не увидели из-за этого свет, даже когда они нравились театрам, режиссерам и редакциям. Но его и это не сломило. А все же ряд его литературных и драматургических работ увидели свет рампы, телеэкрана и были опубликованы. Вот тогда-то он и понял, как стать писателем в СССР. А сколько талантливых людей на его глазах задушила, замордовала и погубила система. Сколько спились и погибли! Сколько несправедливо непризнанных и изгнанных, или покончивших жизнь самоубийством! Сколько человеческих трагедий! Общество, в котором он жил, напоминало ему джунгли.

Много лет спустя Володе удалось прочитать протоколы заседания секретариата Союза писателей СССР, когда они исключали из своих рядов Солженицына. Там он нашел выступления своих знакомых и просто известных писателей и ужаснулся от изобилия ненависти, лицемерия и подлости, вылитых на голову опального Солженицына.

Таких людей, как Паустовский, ему не удалось больше встретить в жизни. А советская литература, нередко думал Володя, была построена на крови и костях погибших, как скажем на «Беломор-канале». Союз же писателей СССР выполнял роль ГУЛАГа в своей сфере деятельности и в идеологии оболванивания народов.

Недаром же небезызвестный автор «Молодой гвардии», лауреат Сталинской премии, секретарь Союза писателей СССР Александр Фадеев, узнав всю правду, застрелился. Это был мужественный поступок. Но, увы! Бесполезный.

Как стать писателем в СССР

Владимир Оболенский и Ксения Куприна. Рабочий момент над сценарием.

После встречи с Паустовским, писателем изумительным и человеком благородным, ни разу не запятнавшим свою совесть в страшную эпоху коммунистического кошмара, Володе повезло еще раз. Он встретил еще одну прекрасную личность, актрису французского театра и кино, дочь выдающегося русского писателя-эмигранта Александра Ивановича Куприна, Ксению Куприну. Это произошло морозным декабрьским вечером 1965 года в Москве.

Украина в крови!

Автор: , 25 Фев 2014

Украина в крови!

 

Украина на пороге гражданской войны!

Украина в кровиСегодня Украина напоминает нам Германию в тридцатые годы, когда Гитлер осуществил пивной путч и захватил власть и начал кровавые погромы. Первыми жертвами стали евреи. Потом все остальные граждане не лояльные к национал-социализму.

Надо сказать, что после распада СССР это уже знакомый нам сценарий в ряде отделившихся бывших советских республик, где поспешно создавали новую власть и новых президентов, которые как правило все были бездарны и беспомощны. Мотив у них был чаще всего один и тот же: личная власть, личное обогащение.

Попутно они мстили русским и изгоняли их из своих вновь образованных республик, намеренно не замечая разницы между простыми русскими и бывшими коммунистами.

Всю эту катастрофу породил Борис Ельцин не без помощи его предшественника Горбачева, человека безликого и, как говорится, без царя в голове.

Наш Майдан в России происходил в 1993 году и закончился расстрелом Белого Дома. Жертв и смертей было не мало. Но государственный переворот не удался. Правда и Ельцин ничего хорошего стране не принес. Так называемая свобода, о которой твердили и зомбировали народ, о которой твердили его холуи типа Гайдара и… Чубайса, оказалось наглым враньем.

А в стране образовался хаос, нищета, разруха и опасность превратиться в американскую колонию.

Две войны в Чечне породили бесконечные теракты в Москве и других городах. Взрывали жилые дома, метро, транспорт, закладывали бомбы в госучреждениях, даже на улице Горького в подземном переходе на Пушкинской. Гибли люди. Было много жертв. Народ расплачивался своими жизнями за глупость и бездарность новых постсоветских вождей.

Все они выходцы из компартии. И хотя Ельцин и положил партбилет на стол на съезде депутатов и демонстративно вышел из КПСС, но это был просто театральный жест на публику.

За время своего царствования в народе его окрестили Борисом II, он успел развалить страну, сделать нищим народ, разоружить и фактически уничтожить армию, флот, авиацию. И все это в угоду США и НАТО.

Приходя к власти, он клялся народу, что «скорее сам ляжет на рельсы, но не принесет несчастье народу». Но на самом деле он положил именно народ на рельсы.

В результате русский народ снова все выдержал и выстоял.

Сегодня мы видим страшную и кровавую картину смерти на Украине с людоедскими сценами, как бандеровские бандиты всех мастей пытают несчастных пленных, причем безоружных, выкалывают глаза и отрубают руку. Избивают и пытают другого. Их погибло более 100 человек. Из истории известно, что Украина была давно разделена на две страны – западную и восточную, и соединение ее решалось международной дипломатией после Нюрнбергского суда.

И ненависть к восточной Украине западенцами давно известна. Именно бандеровцы воевали на стороне Гитлера. Сегодня эта ненависть достигла апогея. Угрозы погромщиков прозвучали публично с Майдана: «Жидву и русских мы будем убивать!» Эти лозунги должны заставить задуматься ООН, Евросоюз и США. Растворившийся в пространстве сбежавший предатель Янукович, бесспорно, должен быть отдан под суд и понести наказание за предательство и гибель людей по его вине. А пока на Украине и особенно в Киеве царит хаос, нехватка продовольствия, закрыт ряд учреждений, может наступить гуманитарная катастрофа. Люди боятся выходить на улицу. Многие, у кого есть возможность и деньги, бегут за границу. Восточные регионы Украины начали организовываться и готовы оказать сопротивление и очистить от бандеровцев свои  территории. Похоже, начинается гражданская война.

Украина как государство де-факто и де-юро в данный момент не существует. В добавок, финансовые органы заявляют о дефолте Украины и экономическом коллапсе.

И денег у них на досрочные выборы нет. Да откуда им взяться, если госказна пуста?! Повстанцы с Майдана утверждают, что все украл Янукович! А что делали его предшественники?

Тоже вопрос…К чему привели они страну за все предыдущие годы? Судя по развернувшимся сейчас событиям, к катастрофе!

Что ждет Украину?

Вполне реально, гражданская война. Ибо юго-восток страны не признает переворот Майдана законным и готовится к обороне. Есть возможность раздела на 2 государства: восток – запад. Восток в будущем может присоединиться вновь к России, а Запад к Евросоюзу. Но пока это гипотетический прогноз. А первая необходимость сегодня: временное введение на Украину миротворческого корпуса ООН с обязательным участием России, т.к. на Украине живет 20 миллионов русских граждан.

История рода князей Оболенских

Автор: , 29 Янв 2014

История рода князей Оболенских

 

Князья Оболенские

«Род князей Оболенских происходит от Князей Черниговских. В родословной Князей Черниговских, находящейся в Бархатной и других родословных книгах, показано, что сын Российского Великого Князя Владимира Святославича, крестившего Русскую землю, Великий князь Ярослав Владимирович посадил сына своего Великого Князя Святослава Ярославича на Чернигов, и от него пошли князья Черниговские.

Великий Князь Михаил Всеволодович Черниговский, правнук помянутого Великого Князя Святослава Ярославича, имел пятого сына именем Князя Юрья, прозванного Торуским и Оболенским, а у него был третий сын Князь Константин Юрьевич Оболенский, коего потомки Князья Оболенские Российскому Престолу служили Стольниками, Комнатными, Окольничьими и в иных знатных чинах и жалованы были от Государей вотчинами и другими почестьми и знаками Монарших Милостей.

Все сие доказывается, сверх Истории Российской, Бархатною книгою, справкою Разрядного Архива и родословною князей Оболенских.»

Герб рода князей Оболенских

«Щит имеет 2 части, верхнюю пространную и нижнюю малую, в которой изображены в серебряном поле 2 птицы, держащие во рту по одной стреле, а в лапах золотые шары. В верхней части, разрезанной перпендикулярною чертою, в правом красном поле Ангел в сребротканой одежде, держащий в правой руке серебряный меч, а в левой золотой щит. В левом золотом поле черный одноглавый орел в золотой на главе Короне с простертыми  крыльями, имеющим в лапе позлащенный крест. Щит покрыт мантией и шапкою, принадлежашщими Княжескому достоинству.»

Общий Гербовник дворянских родов Всероссийской Империи, часть II, №3.

История рода князей Оболенских

Николай Оболенский принадлежал к тому славному роду князей, теперь уже большому и разветвленному, корни которого уходят вглубь веков истории государства Российского, происшедшему от легендарного Рюрика.

Князья Оболенские пошли от кн. Михаила Всеволодовича Черниговского, жившего в 13 веке. Князь Михаил Всеволодович совершил подвиг во имя отечества и святой православной веры. В то время как все князья покорились хану Батыю, он гордо и непреклонно в знак протеста отказался поклоняться языческим идолам и бросил сим поступком вызов могущественному хану, завоевавшему в то время множество земель и народов. Сия неслыханная дерзость породила ярость татар, и князь был предан мученической смерти. Узнав о мужестве князя Черниговского, хан Батый, удивясь твердости сего несчастного князя, назвал его мужем великим. А православная церковь причислила его к лику святых.

Но подлинным основателем рода Оболенских справедливо считать его внука, кн. Константина Юрьевича Оболенского, впервые носившего эту фамилию. В летописи о нем сказано, что был убит он 1368 г. в своем родовом городе Оболенске при нашествии литовского князя Ольгерда на Москву. Город Оболенск находился недалеко от устья реки Протвы при впадении ее в Оку в бывшей Калужской губернии в 27 верстах от уездного города Тарусы.

У него родились три сына: Семен, Иван Тарусский и Андрей. Два первых стали особенно знаменитыми своим участием в Куликовской битве в 1380 г. А младший Андрей ходил в известный поход великого князя Дмитрия на Тверь. Все они были храбрые воины.

Семен умер бездетным, большое потомство из шести сыновей дал только Иван Тарусский-Оболенский. Дети его — Глеб, Василий, Семен, Никита, Михаил, Владимир стали продолжателями рода князей Оболенских и поступили на службу к московскому великому князю Василию Темному с сохранением своего княжеского титула. Они оказались ревностными приверженцами и сторонниками великого князя московского. Особенно прославились среди них и внесли свои имена в летопись Глеб, Василий и Семен.

Глеба послали наместником великого князя в Великий Устюг, где он и был убит в 1436 г. при нападении на Устюг Василия Косого.

История рода князей Оболенских

Алексей Дмитриевич Оболенский, бал 1903 года

Второй сын — Василий Иванович Оболенский — славился искуснейшим воеводой и полководцем XI века. В 1444 г. одержал победу над царевичем Мустафой и изгнал татар из Переславля-Рязанского и на берегах реки Листани нанес им страшное поражение, где царевича Мустафу убили. В следующем году он раскрыл заговор Шемяки с казанским царем Улу-Махметом и, наконец, разгромил войско Шемяки под Галичем-Костромским, избавив, таким образом, великого князя от соперников. Женат был первым браком на Марии — дочери Федора Дмитриевича Шустика, угнанной в плен татарами, вторым браком — на княгине Евпраксии Михайловне Белевской.

Его брат — Семен Иванович Оболенский являлся не только сторонником Василия Темного, но и его другом. Ходил в поход к Устюгу против Шемяки. Образовал активную группу сподвижников великого князя, в нее вошли его племянник Иван Стрига-Оболенский (сын его брата Василия), князья Ряполовские и кн. Василий Ярославич. После ослепления Василия Темного Семен Иванович бежал в Литву, но, узнав об освобождении Василия Темного, двинулся к нему на помощь к Устюгу против Шемяки. В походе сражался воеводой. За заслуги свои получил от великого князя московского село Толстиково в 1451 г.

Его старший брат — Василий Иванович Оболенский — имел шестерых сыновей — Ивана Стригу-Оболенского, Александра, Ярослава, Петра Нагого, Василия Телепня и Федора Телепня.

Иван Стрига-Оболенский также стал знаменит как хороший воевода и военачальник, что свидетельствовало о способностях многих князей Оболенских к ратному делу. Он отбил Шемяку от Костромы вместе с Федором Басенкой. Разбил новгородцев под Старой Руссой. В 1459 — 1461 г.г. по просьбе самих псковичей княжил во Пскове. За справедливое правление, праведный суд, развитие торговли и защиту Пскова через шесть лет псковичи опять просили великого князя прислать им наместником Ивана Стригу-Оболенского. Но великий князь на сей раз отказал, передав, что «он ему самому надобен».

Итория рода князей Оболенских

Платон Сергеевич Оболенский, бал 1903 года

Младший брат Стриги-Оболенского, Ярослав, управлял Псковом позже в 1471 — 1472 г.г., а также и Новгородом. В летописи сохранились свидетельства его жестокости к псковичам. Участвовал во взятии Феллина и Торваста (1480 — 1481 г.г.). Женился на дочери Сабурова, вместе с ней и с сыном умер во Пскове от мора в 1487 г.

Еще один его брат, Петр Нагой, жил во второй половине XI века и впервые прославился в Казанском походе 1468 — 1469 г.г. как воевода и военачальник. В 1509 — 1510 г.г. ему доверено было управление Москвой вместе с Захарьиным-Кошкиным и Сабуровым во время похода великого князя на татар.

Старший внук Константина Юрьевича, Никита Оболенский, упоминается в истории сам и его пятеро сыновей: Василий, Андрей Ноготь, Иван Смола, Петр, Данила Собака, служившие воеводами у царя московского Ивана III. Мужи сии прославились мужеством, воинской доблестью и добросовестной службой царю Ивану III, за что были назначены воеводами и пожалованы боярскими званиями.

Овчина Оболенский, живший в первой половине XVI века, заслуживает особого внимания не только страшной судьбой своей, но и многими способностями, ибо муж сей, обладал талантами воеводы, управителя, а также и дипломата. Был фаворитом и возлюбленным матери Иоанна Грозного, Елены Глинской и пользовался ее исключительным доверием и расположением. Бояре посему боялись захвата им царской власти, и после заговора бояр и скоропостижной смерти Елены Глинской Овчину Оболенского заключили под стражу, посадили в темницу, где его и уморили голодом.

В XVI — XVII веках среди князей Оболенских наибольшую известность имели кн. Иоасаф Михайлович — архиепископ Ростовский (1481 — 1489 г.г.), кн. Федор Михайлович Оболенский-Черный — боярин (1561 г.), кн. Федор Тимофеевич Оболенский-Черный — воевода в Саратове (1617 — 1620 г.г.) и Ржеве (1622 — 1623 г.г.), кн. Венедикт Андреевич — воевода в Арзамасе (1651 г.), потом окольничий, сын его Матвей Венедиктович — также царский окольничий — немалый придворный чин в допетровское время.

История рода князей Оболенских

Николай Дмитриевич Оболенский, бал 1903 года

Князя же Андрея Никифоровича Петр Великий посадил губернатором в Новгороде. Со службой справлялся и имел похвальные отзывы. Кн. Михаил Матвеевич — ближний стольник и воевода Арзамасской провинции (1721 г.).

Кн. Алексей Андреевич был архангельским губернатором (1741 — 1743 г.г.), кн. Василий Елисеевич — губернатором в Смоленске, потом президентом Коллегии экономии (1762 г.).

В царствование Петра I, когда Россия переживала новые реформы царя и превращалась в крупную европейскую державу со своим первоклассным флотом и армией, князья Оболенские оказались верными сторонниками Петра, помогали ему в делах государственных и пользовались доверием императора. Московское царство усилиями Петра I превратилось в Российскую империю.

Среди потомков древнего рода Оболенских было немало одаренных и талантливых людей, служивших в самых разных ведомствах, военных и статских, прославившихся и в долгое правление императрицы Екатерины II. К этому времени род Оболенских уже породнился со многими знатными русскими фамилиями, а также стал основателем других княжеских родов. От Андрея Оболенского — сына Константина Юрьевича — пошли князья Долгорукие, Щербатовы, Тростенские; от Юрия Тарусского-Оболенского — князья Мезецкие, Барятинские; от Василия Никитича Оболенского — князья Курлятевы.

К началу XIX века род кн. Оболенских приобретает положение не только знатного, но и сильного и влиятельного рода среди древних аристократических фамилий России.

История рода князей Оболенских

Княжна Елизавета Николаевна Оболенская, бал 1903 года

XIX век в России особенно интересен развитием и процветанием многих видов искусств, литературы, театра, музыки, живописи и ваяния. Произошло как бы рождение русского Ренессанса в этих жанрах искусств, и именно XIX век породил самые великие имена в этой области общественной жизни: Пушкин, Лермонтов, Жуковский, Одоевский, Брюллов, Тропинин, А.Н. Островский, Глинка, Мусоргский, Салтыков-Щедрин, Достоевский, Гоголь. Можно было бы перечислять до бесконечности. Оживилась и общественно-политическая жизнь России. Именно в XIX веке особенно в начале и середине столетия Россия, осуществившая реформы Петра и Екатерины, превратилась в мощную державу на европейской арене. Император Александр I в начале века стяжал ей славу освободительницы европейских народов от нашествия Наполеона.

История рода князей Оболенских

Княгиня Елизавета Николаевна Оболенская, бал 1903 года

Россия, в который уже раз заслонила собой цивилизацию Европы от уничтожения. Александр I известен был не только своими доблестями военными, но и покровительством искусствам, православной церкви и армии. В его время в армии появились радикально и либерально настроенные офицеры, образовавшие масонскую ложу, значительно мягче стали относиться к солдатам. После такого монарха, естественно, Николай I был встречен достаточно прохладно, если не враждебно. Но ему, чтобы спасти монархию, пришлось подавить декабрьское восстание, и он с самых первых дней вступления на престол ожесточился и направил свои усилия на укрепления военной мощи России.

Большевики впоследствии назвали его «жандармом Европы», но это не совсем справедливо, т. к. в те десятилетия в Европе было достаточно своих жандармов: это и прусский король, и династия Габсбургов в Австро-венгерской монархии, и другие.

Николай I, если отнестись к нему объективно, проявился как человек неоднозначный и контрастный и, несмотря на свое пристрастие к воинским реформам, уделял немало времени развитию искусств, покровительству им. Известен его большой интерес к литературе, театру, музыке. Когда он первый раз посмотрел «Ревизора», он не запретил пьесу, а лишь заметил: «Больше всего здесь досталось мне». А после смерти Пушкина он взял на себя, как и обещал поэту, заботу о его детях. И в последующие десятилетия, действительно, дети Пушкина занимали высокое положение в обществе и в конце века породнились с царской фамилией.

Единственно, на что никак не мог решиться Николай I — на освобождение крестьян от крепостной зависимости. Но, конечно, сквозь пелену истории облик его вырисовывается как монарха сурового.

И удивительный парадокс истории: его сын, император Александр II, освободивший крестьян от крепостного права и прозванный за то в народе «освободителем», был злодейски убит Бомбой народовольцами. А именно в его просвещенное царствование начались первые шаги в подготовке аграрной реформы, создание земств и наделение крестьян землей, что и породило в будущем земельную реформу Столыпина. Убийство Столыпина и непонимание Николаем II, что земельная реформа его — путь, к спасению России, к сохранению крестьянства как преданного строю класса. Ведь большевики победили только благодаря крестьянам, а Ленин ловко использовал эту лживую приманку, чтобы перетянуть крестьянина в свой лагерь. В результате крестьянин пошел за большевиками, но когда закончилась гражданская война, землю у него бессовестно отобрали, загнав в крепостное право — колхозное рабство. Теперь он стал колхозно-государственным рабом «большевистского рая». Но в отличие от прежнего крепостного права, когда на нем держалась вся Россия, крестьянина стали морить голодом, отлучать от земли и, в конце концов, устроили геноцид, осуществленный Сталиным. Таким образом, именно Ленин спровоцировал последующее разорение и уничтожение крестьянства.

Александр III — «миротворец» — в царствование его не было ни одной войны в Европе — продолжил традиции отца, укрепил земства, был славянофилом, мудрым и здравомыслящим государственным деятелем, а посему главной задачей считал создание сильной экономики, именно при нем граф Витте осуществил финансовую реформу и выпустил золотой рубль в обращение.

Восшествие на престол последнего русского императора Николая II закончилось страшной трагедией для русского народа и его самого.

История рода князей Оболенских

Княжна Мария Оболенская, бал 1903 года

Но вернемся к истории рода кн. Оболенских в XIX веке. Князь Сергей Александрович родился в 1819 г., к своему родовому имени принял фамилию матери своей и стал именоваться Оболенским-Нелединским-Мелецким. Сын его Валериан Сергеевич (род. в 1848г.) сделал заметные успехи на дипломатическом поприще и стал директором канцелярии министерства иностранных дел, а с 1897 г. назначен старшим советником министерства иностранных дел.

Примерно в те же годы родился. (1823 г.) кн. Николай Сергеевич Оболенский, впоследствии — почетный опекун в Москве.

В 1833 г. в роду Оболенских появилась значительная фигура, сделавшая блестящую военную карьеру, приближенная к особе царя — кн. Николай Николаевич — генерал-адъютант Николая I и командир гвардейского корпуса.

Не менее значительная личность из Оболенских кн. Алексей Васильевич Оболенский: в царствование Александра II он являлся активным участником составления Манифеста 1861 г. об освобождении крестьян, и входил в Редакционную Комиссию, и отмечен как один из выдающихся деятелей по осуществлению реформы 1861 г. С 1861 г. по 1866 г. назначен Александром II губернатором Москвы, впоследствии занимал высокий пост сенатора.

Князь Евгений Петрович Оболенский вошел в историю России как особо выдающаяся личность своими воззрениями на мир и участием в декабрьском восстании. Родился Евгений Петрович в 1791 г. Был отдан на военную службу. Служил в гвардии и дослужился до чина капитана гвардии, являвшегося адъютантом командующего пехотой гвардейского корпуса генерал-адъютанта Бистрома.

При создании «Союза благоденствия» состоял в нем, а потом сам организовал «Вольное общество». В 1822 г. после восстановления «Северного общества» вошел в него убежденным членом. Заседания Московской управы «Северного общества» обычно происходили в доме Оболенского на Новинском бульваре или в подмосковном Ховрине. С Ховрином была связана вся его жизнь до ссылки.

Дед Е. П. Оболенского, Николай Петрович Оболенский, родившийся сразу после смерти Екатерины I, по службе особенно не преуспел и умер в конце века секунд-майором. Но при этом упорно наживал все новые и новые земли и поместья: под Москвой и под Арзамасом, в Веневском и Курмышском уездах, и к концу жизни имел большое состояние в 2362 души, собранные им за сорок лет. Скупым никогда не был и построил новый дом на Новинском бульваре в Москве, заказав проект модному тогда архитектору          М.Ф. Казакову. Дом имел два этажа с антресолями, анфиладами парадных комнат, редчайший в особняках великолепный двусветный зал, за домом раскинулся превосходный английский сад; именно в этом доме и собиралось Московское тайное общество декабристов вместе с его внуком. Перестроен был и дом в Ховрино после пожара 1812 г. уже отцом декабриста — Петром Николаевичем.

Евгений Петрович Оболенский

Декабрист Евгений Петрович Оболенский

Именно Евгений Петрович Оболенский, один из активнейших участников декабрьского восстания, — привел на Сенатскую площадь Московский полк и оставался там до конца, когда другие сочли возможным уйти. Он ранил штыком генерала Милорадовича и был причислен к разряду государственных преступников I категории и приговорен к смертной казни, но потом смертную казнь ему заменили каторжными работами и ссылкой, а также лишением всех прав состояния, после чего он оказался в Сибири на солеваренном заводе в Иркутском Усоле, потом в Чите на Петровском заводе.

В 1839 г. он вышел на поселение в Туринск, а в начале 1840 года переведен в Ялуторовск, где Евгений Петрович женился на простой крестьянке, вольноотпущенной         В.С. Барановой. В 1856 г. ему и его детям возвращен был княжеский титул, но все они вынуждены были зарабатывать себе на жизнь сами. Сын Е.П. Оболенского, Иван Евгеньевич, состоял земским врачом в Тарусе. Евгений Петрович умер в 1865 г. в Калуге. Так закончилась многотрудная жизнь с суровыми испытаниями судьбы, которые он мужественно перенес.

 

Евгений Петрович Оболенский

Евгений Петрович Оболенский в Калуге

В середине XIX века появился другой крупный государственный деятель из Оболенских — Дмитрий Александрович Оболенский. Он родился в 1822 г. Окончив курс правоведения, поступил на службу в Московский Сенат. Совершенствуя свои знания в юриспруденции, перешел в палату по судебным установлениям в Казань, а несколько позже — в Тулу и, наконец, в Санкт-Петербург.

Гуманитарно-развитый и тонкой души человек, он сближается с кружком великой княгини Елены Павловны и становится его членом. Исповедует идеи демократического и либерального государства, особенно близкие великой княгине, принявшей вскоре участие в разработке и создании Манифеста 1861 г. и Редакционной Комиссии.

Со второй половины 1850-х г. Дмитрий Александрович использует свои знания на службе в морском министерстве как директор комиссариатского департамента, а позже — департамента таможенных сборов. Здесь он осуществляет крупные преобразования. Его деятельность реформатора воспринимается очень серьезно государем-императором и общественностью, и в начале 1860-х г.г. ему предлагается председательствовать в комиссии по выработке нового закона о печати, что он успешно и завершает. И в результате в 1870 г. Дмитрий Александрович Оболенский высочайшим рескриптом назначается товарищем министра государственных имуществ, а с 1872 г. членом Государственного Совета.

Дети Дмитрия Александровича также преуспели на государственной службе. Старший сын его, Александр Дмитриевич, дослужился до помощника Варшавского генерал-губернатора, а младший сын, Алексей Дмитриевич, получил высокий придворный чин шталмейстера и исполнял должность товарища министра Внутренних дел в 1897 г.

В XIX веке среди князей Оболенских встречались не только государственные деятели, дипломаты, военные, юристы, но и люди науки, литературы, философы, издатели.

Кн. Дмитрий Дмитриевич Оболенский, родившийся в 1845 году, после окончания Московского университета по юридическому факультету долго служил по выборам дворянства, принимал участие в реформаторской деятельности и оставил интересные воспоминания об эпохе реформ в «Русском архиве» (1894 г., т. III; 1895 г., т. I).

Иван Николаевич Оболенский (род. 1841 г) в отличие от многих своих предков решил посвятить жизнь медицине. Его волновало здоровье людей. Кумиром для него являлся хирург Пирогов, чьи труды он с увлечением изучал. Поступив в 1862 г. в Санкт-Петербургскую медико-хирургическую академию, в 1868 г. с отличием заканчивает ее. Уже в 1869 г. — он доктор медицины, а в 1870 — приват-доцент и прозектор по кафедре патологической анатомии, тогда же командирован за границу для усовершенствования своих знаний. Еще через год Иван Николаевич — экстраординарный профессор по кафедре общей патологии в Харьковском университете. Им написано и опубликовано на русском и немецком языках 26 больших самостоятельных научных работ, и он по праву считался в России и за границей крупным ученым-медиком середины и конца XIX века.

Другой Оболенский — кн. Михаил  Александрович (1821—1886 г.г.) — получил известность в России как крупный общественный деятель и дипломат. Его дипломатические способности проявились на службе в Мюнхене и в Вене, впоследствии он оказал неоценимую услугу России, став комиссаром при посольстве в Румынии, он провел серьезнейшую и скрупулезнейшую работу и неопровержимо доказал, что внешний долг России Румынии составлял всего 8 млн., а не 30 млн. долларов, как того требовало румынское правительство.

Вернувшись в Россию, стал тверским вице-губернатором, потом губернатором Ковенским и Воронежским. Особо известна его деятельность по удачной борьбе с голодом в Ковенской губернии. Уже в конце своей жизни Михаил Александрович являлся сенатором, оставил после себя «Записки».

Кн. Михаил Андреевич — директор московского главного архива Министерства Иностранных дел — обладал талантом ученого, исследователя и архивиста (1805 — 1873 г.г.). Еще будучи директором архива Министерства Иностранных дел и позже — заведующим рукописным отделом Оружейной палаты, он начал изучать документы архивов, исторические источники, готовил к публикации несколько летописей. В эти же годы он опубликовал архивные материалы, собранные им в сборниках документов — «Иностранные сочинения и акты, относящиеся до России», «Книгу об избрании на царство Михаила Федоровича», являющуюся чрезвычайной редкостью, а также «Письма русских государей и других особ царского семейства». Им же был выпущен и «Сборник князей Оболенских» — 11 томов в 1838 — 1840г.г., содержащие акты из его личного архива.

В 1870 г. вышло его самостоятельное исследование «О первоначальной русской летописи», а также «Новые материалы для истории следственного дела над патриархом Никоном», «Протоколы Верховного Тайного Совета», «Рассказы москвича о Москве во время пребывания в ней французов», после чего он стал известен и как серьезный ученый-историк.

Ему была посвящена книга известного ученого         Н.И. Костомарова «Князь М. А. Оболенский» (М., 1873 г.).

История рода князей Оболенских

Философ Леонид Егорович Оболенский

Леонид Егорович Оболенский — личность еще более необычная и интересная, философ, публицист и критик, он родился в 1845 г. в Малоархангельске. Из Орловской гимназии перешел в частное учебное заведение, открытое известным педагогом И. Ф. Рашевским. Его методика преподавания, взгляды и философские воззрения увлекали в те годы молодежь. С 1862 г. Леонид Егорович слушает лекции в Санкт-Петербургском университете и в Медико-хирургической академии по физике, химии и физиологии, а затем — в Московском университете по юридическим наукам и философии.

С 1878 г. вместе с профессором Вагнером начинает издавать журнал «Свет», переименованный в 1881 г. в «Мысль». А в 1883 г. приобретает в собственность журнал «Русское богатство» и издает его до 1891 г. Леонид Егорович основательно занимается философскими течениями, изучая разные направления, часто публикует свои статьи по вопросам философии. Всесторонне образованный человек, он редактирует ряд сочинений по философии Фулье, Селли, Крихмана, Маудсли, Тарда. Пишет повести и рассказы. В журнале «Русское богатство» в это время особенно сильным является философский отдел. Философ-идеалист Леонид Егорович Оболенский создал собственное философское направление, одна из его теорий — «Психологическая основа этики», где этика воздвигается на психологической основе в результате чувствований, переживаний, боли, желаний, таким образом, возникает опытная нравственность. Но есть нравственность внеопытная, называемая им альтруистической моралью, или первичным альтруизмом, присущим человеку от рождения как проявление мировой сущности, Бога.

Л.Е. Оболенский как философ пытается дать цельное представление о мире, охватывает и область чувств, и сущность мира. Материалисты, считал он, не могут непосредственно служить жизни, т. к. изучают только один элемент мира, его скелет вместо целого.

Этот яркий талант имел признание в России, его труды печатались в «Новостях», в «Русском богатстве», в «Новом слове», в журнале «Мысль». Когда Ибервег-Гейнц написал историю новой философии, изданной в Германии, он дал высокую оценку философским работам Л. Оболенского.

Внук Леонида Егоровича — Леонид Леонидович Оболенский жил в советское время в небольшом городке Миассе на Урале. По профессии — актер и кинорежиссер.

История рода князей Оболенских

Актер Леонид Леонидович Оболенский

Потомки героя этой книги дожили до наших дней, живут и поныне. Образ молодого корнета, конечно, обобщен и состоит из нескольких «портретов» Оболенских, но образ сей реален.

 

Автор этой книги-трилогии о России Владимир Николаевич Оболенский — потомок древнего рода князей Оболенских из родословной ветви Глуховской.

Фильм «Оттепель» зимой.

Автор: , 22 Дек 2013

Фильм «Оттепель» зимой.

 

Рецензия.

Сначала не было никакого желания писать об этом фильме, особенно после того, как я прочитал около десятка хвалебных рецензий и отзывов, в то же время я подумал, что зритель имеет право знать самые разные точки зрения. Особенно если рецензент хорошо знал ту эпоху не понаслышке. Если он также воочию видел все эти мелодрамы и интрижки на киношных съемках. Фильм оказался скучный и пустой. Тема никакая. Создатели его совершенно не знают и не чувствуют ту эпоху 60х. Почему режиссер выбрал именно этот сюжет, понятно. Его отец кинорежиссер Петр Тодоровский снимал в основном хорошие фильмы 50-60х годов и т.д.

Фильм "Оттепель" зимойСам Тодоровский-младший, безусловно, знает об оттепели понаслышке. Время было исторически очень интересное и необычное! Только что закончилась людоедская эпоха Сталина. Хрущев разоблачил сталинский культ личности и благополучно начал создавать свой куль личности. Фигура Хрущева была противоречива и одновременно с полезными преобразованиями, как он их понимал, в силу своей безграмотности, он совершал и жестокие и чисто сталинские поступки. Например, расстрелял демонстрацию народа в Новочеркасске, выступавших против повышения цен на продукты питания и отсутствия их на прилавках. При этом погибли и дети на этой демонстрации. Всем очевидцам под страхом тюрьмы запрещено было говорить на эту тему. Хрущеву тогда дали прозвище «кукурузник», ибо он засеял всю пахоту страны кукурузой вместо пшеницы и ржи. В результате исчез хлеб и появились очереди за хлебом и карточки на муку. Страна скатывалась к раннему послевоенному периоду. Было много политических заявлений, борьбы с американским милитаризмом, начали оплачивать революцию на Кубе, выставили туда ядерные ракеты. Все за счет народа и бюджета СССР. После того, как Хрущев поставил там ядерные ракеты, направленные на США, чуть не разразилась третья мировая война!

Введен был новый закон Хрущевым о тунеядцах под лозунгом «Кто не работает-тот не ест». Все взрослые граждане СССР по этому закону обязаны были работать официально. А тех, кто по разным причинам не мог этого сделать, высылали из мест проживания в ссылки на самые окраины страны. В Москве и Ленинграде таких людей лишали прописки, если они не найдут работу в течение 1-2 месяцев.

Запущена была компания «Целина». На целину обязаны были выезжать рабочие, колхозники и даже чиновники в чистую степь, где нужно было пахать целинные земли, выращивать хлеб и поднимать сельское хозяйство с нуля. Люди спали на мерзлой земле в палатках, многие так и погибли от болезней и холода и неспособности городских жителей жить в таких нечеловеческих условиях.

Все это Хрущев осуществлял волюнтаристским путем, для людей это являлось фактически ссылкой не каторгу. Еще много чего безумного, бездарного и глупого натворил Хрущев.

Фильм "Оттепель" зимойНо были в его деяниях и позитивные факторы, например, возвращение и реабилитация сталинских политзаключенных, которые еще остались живы.  Они возвращались из концлагерей полумертвые, им возвращали жилье и работу и отобранные права граждан.

Второе достижение Хрущева – огромное строительство пятиэтажек и маленьких отдельных квартирок для народа и уничтожение сырых подвалов, где жили люди.

Самым главным козырем Хрущева было объявление, что граждане СССР в 1980 году все будут жить при коммунизме. Но этот постулат провалился с треском!

Вот, пожалуй, и все его достижения.

В 1964 году благополучно произошел очередной государственный переворот с помощью КГБ и сторонников Брежнева. Хрущева отправили на пенсию под надзор КГБ. В Кремль заступил новый вождь Л.И. Брежнев.

Все это я пишу сегодня с той лишь целью, что нынешние поколения практически не знает истории своей страны и особенно период 40-70х годов. И даже те из них, кто занимается искусством, кино или театром, эпоху эту знают плохо, и потому, если они снимают фильмы или спектакли, то они получаются недостоверными. Менталитет людей, живших в 60е годы  - это особое понятие. Не случайно появилось выражение «шестидесятники» – люди, испытавшие короткую вспышку свободы в стране, хоть и весьма относительную, и начавшие мыслить совершенно иначе. В этот период и появились очень одаренные и талантливые люди в литературе, кино, театре, живописи, музыке. «Глоток свободы» породил новый менталитет и понятие «диссидент».

Всего этого в фильме Валерия Тодоровского нет. Сам он признался, что он умышленно не хотел воссоздавать  «политическое явление, а только ощущения людей». Однако избежать этого ему не удалось – эпоха без политики, особенно в Советском Союзе – задача не реальная. Поэтому в его фильме и появляется гнусная и подлая фигура следователя, который подводил в сюжете Хрусталева именно под политическую статью.  Но сделан этот эпизод в фильме формально и потому выглядел он, как вставной номер.

Один кинорежиссер на шоу Малахова, где происходило незаслуженное восхваление и самовосхваление участников фильма, сказал: «Давайте говорить о том, что есть в фильме, а не о том, чего нет в фильме». Давайте говорить и о том, и о другом.

Фильм "Оттепель" зимойВ фильме нет именно того, что являлось картиной эпохи страны под название СССР в 60е годы. Нет достоверности эпохи, «лиц с биографией»  и тема сама по себе и сюжет оказались  настолько неинтересны и незначительны своей мелкотравчатостью, где выхвачен только узкий срез киношной жизни тех лет. Хотя сами съемки фильма соответствуют атмосфере и реальности подобных киносъемок.

Теперь поговорим о самом фильме, т.е. о двух фильмах о «Девушке и бригадир» и о фильме Валерия Тодоровского «Оттепель». Картина съемок фильма «Девушка и бригадир» вполне реалистична и темой того времени, и атмосферой, и своей априори бездарностью.

А сам фильм «Оттепель» - это особый разговор. Драматургия и сценарий достаточно примитивны и банальны. И получается, что главное событие и кульминация – это беременность Марьяны.

Фильм Оттепель рецензия

"Я думала это весна, а это оттепель... И что теперь? Постель..."

Главный герой Хрусталев запросто соблазняет смазливую девицу и она сама прыгает к нему в постель, не понятно только, каким образом и каким обаянием, какой красотой и какой сексуальностью он это делает, ибо у героя и актера подобных достоинств не существует, на экране их не видно. Голая Марьяна у холодильника – этот эпизод приятен только мужчинам чисто эстетически, а в сюжете и теме он ничего не решает.

Фильм Оттепель зимойЕсли уж мы говорим о голых женщинах, то совершенно не понятно, зачем режиссер выставил нам напоказ свою голую жену (по жизни) на лавочке в сюжете фильма. В 60 годы этот эпизод закончился бы задержанием и доставкой в милицию как нарушением общественного порядка. Девушки в то время были более скромные и зажатые, совсем не раскованные в смысле секса и так легко не кидались в постель к мужикам. Это уже реалии поведения современных девиц. И вообще в те годы официально считалось, что секса нет. Да и слова-то такого никто не знал.

Фильм "Оттепель" зимойЕсли говорить о главном герое Хрусталеве (актер Евгений Цыганов), то надо отметить, что это актер с хорошей фактурой, безусловно, с обликом трагического героя и судьба его в фильме действительно драматична. Актеру удалось создать такой образ, хотя во многих любовных сценах он статичен и приметы времени у него только в одежде. Его линия отношений со своей бывшей женой Ингой (актрисой Викторией Исаковой) толком не выстроена драматургически, а отсюда и режиссерски, хотя актриса, игравшая его бывшую жену красива, обаятельна и играет довольно сложный женский характер. В принципе, к ней особых претензий нет, хотя если бы драматургия была бы более интересна в сюжете и в теме, и серьезна проработана, этот женский образ в исполнении Виктории Исаковой мог бы стать центральным в фильме.

Образ Марьяны (актриса Анны Чиповская) получился слишком поверхностным и это вина не столько актрисы, сколько сценариста  и режиссера.

Фильм "Оттепель" зимойДовольно ярким и удачным можно назвать работу Михаила Ефремова в роли советского кинорежиссера-гения-алкоголика. Этот персонаж в фильме, пожалуй, самый яркий и интересный образ. Следует отметить, что Михиал Ефремов актер талантливый и масштабный. И здесь как раз природа гениев отцов не отдыхает на детях, а заставляет детей соответствовать своим отцам!

Совершенно необязательна была в сюжете тема «трусости» Хрусталева и долга перед от отцом и братом, а не перед Родиной, так как эта тема в фильме совершенно не разработана, не оправдана и не мотивирована.

Сам по себе фильм в фильме «Девушка и бригадир» снят в очень убогих и неинтересных декорациях. Не понятно, например, почему в каком-то грязном затхлом болотце пляшут ряженые мужики-танцоры.

Фильм "Оттепель" зимой

Фильм "Оттепель" зимой

И в то же время в фильме «Оттепель» появляется очень интересный образ женщины второго режиссера (актриса Нина Дворжецкая). Это такой выразительный яркий персонаж, второй режиссер, властная энергичная женщина, относящаяся снисходительно к актерам, к их слабостям, но в личной жизни это другой, более глубокий женский образ, трагичный и цельный, пережившей войну и ставшей женой и матерью своему мужу фронтовику, вернувшемуся с фронта без ног. Таких безногих фронтовиков было после войны множество и они, как правило, были брошены властью и государством на произвол судьбы.

В итоге мы увидели не слишком длинную почти веселую мыльную оперу с попыткой воссоздать эпоху и настроение того времени. Если режиссер ставил себе эту задачу, то фильм получился именно в таком жанре.

И последнее: если представить, что был бы объявлен конкурс на исполнение лучшей женской роли в фильме «Оттепель», то его бы выиграла дочь Хрусталева, актриса-школьница Ольга Штрыкова. Дети чаще бывают искренней и достоверней.

 

P.S. Рекомендация зрителям: тем, у кого есть ностальгия по 60м годам и современной молодежи, не стоит смотреть наши мыльные оперы на эту тему. Лучше посмотрите фильм «Когда деревья были большими». Он вышел в хрущевское время, когда была ослаблена госцензура. Фильм очень правдивый, искренний и глубокий. Там играют прекрасные актеры Гулая, Никулин, Куравлев, Шукшин. Это подлинная история жизни и судеб людей, живших в то время, и история нашей страны той эпохи.

 

Владимир Оболенский, писатель и театральный критик.